Читаем Дом Волков полностью

– Когда война закончится, если ты все еще будешь намерена разорвать парную связь, мы вместе обратимся к богам.

– Почему?

Зачем ему помогать мне? Зачем ему вообще что-то делать когда?.. О, боги. Я сосредоточилась и внезапно почувствовала, какие эмоции бурлят в Бероне. Он пытался победить самого себя. Разочарование. Мучение. Вожделение.

Его рука едва заметно скользнула вниз по моей.

– Ситали? – Мое имя было шепотом, молитвой и мольбой. Мое имя из его уст было подобно сладкому меду, который мне так хотелось попробовать.

Я хотела чувствовать дрожь, пробегающую по моей коже, просто от того, что Берон зовет меня по имени. Приподнявшись на цыпочки, я притянула его лицо к себе и, остановившись, когда его губы были в миллиметре от моих, произнесла:

– Берон.

Он закрыл глаза, наклоняясь еще ближе.

Со стороны Дома послышались шаги, и Волк резко открыл глаза. Шторм разочарования кружился в его синих глазах. В тот момент мне хотелось, чтобы он обрушил на меня свою ярость.

После того как волки пронесли гелиоанца через портал и передали его жрецам Сол, чтобы подготовить тело к уходу, все наконец успокоилось. На меня навалились усталость и истощение пережитого дня. Я засунула книгу в тайник, достаточно далеко от кровати, чтобы шепот теней не беспокоил меня, и погрузилась в глубокий сон. У меня не было сил даже накрыться одеялом, не говоря уже о том, чтобы развести огонь, но, когда я проснулась на следующее утро, на мне была простыня, а камин был разведен, согревая комнату.

Рядом стоял принесенный кем-то стул, на котором лежала небольшая стопка одежды: темные брюки и две облегающие туники. Одна ярко-красная, другая темно-синяя.

Выбрав красную, я быстро оделась, затянула золотой пояс вокруг талии и засунула кинжал в петлю. Книга манила к себе, и вдруг меня осенило…

Вытащив ее из-за стола, я пролистала страницы до того места, где был спрятан вырез для кинжала и поднесла к нему лезвие. Тени завизжали, когда золото с высеченным на нем именем Сол приблизилось.

Я замерла.

Богиня сказала, что для победы над Анубисом потребуются темное пламя и эффект неожиданности. Он ожидал, что в качестве оружия мы используем свет. Но темный бог не догадывался, что кто-то использует его собственную сущность против него. Мне просто нужно было понять, как манипулировать им.

В моей голове начал формироваться план, опасный не только для меня, но и для всех, кто был мне дорог. Подобный план мог вбить клин между теми, о ком я старалась позаботиться, с кем хотела остаться. Но это была война. Придется пойти на жертвы, чтобы сохранить то, что я любила больше всего на свете.

Моего сына. Мою семью. Мою стаю. Мой народ.

«Я не должна расстраивать тени, – наконец решила я. – Они мне еще пригодятся».

Так что я закрепила кинжал на поясе и спрятала книгу под туникой, прежде чем спуститься вниз. Остальные еще спали, поэтому я решила приготовить завтрак. Я никогда раньше не готовила, но подумала, что вряд ли это будет слишком сложно.

Выпекать что-либо было очень трудно.

Сказать, что я пыталась превратить булочки в куски древесного угля, было бы комплиментом мне, но оскорблением для самого угля. Ред ворвался на кухню, отмахиваясь от дыма, которым было заполнено помещение.

– Где пожар?

– Нет никакого пожара. Я просто пекла булочки. – Я отодвинулась в сторону, чтобы он смог увидеть обугленные куски.

Напряжение сменилось искренним смехом.

– Очень рада, что тебе весело, – проворчала я.

– Весело? – фыркнул он. – Это же просто невероятно.

Все еще сонные Холт и Чейз ввалились в комнату. Холт закашлялся, хотя дым был не таким уж густым. Он двинулся, чтобы открыть дверь. Жаль, что я сама не подумала сделать это до того, как Ред грубо прервал меня.

Чейз только стоял и раздражающе ухмылялся.

– Сотри эту ухмылку со своего лица, Чейз. В Доме Солнца мне не разрешали заходить на кухню.

– По крайней мере ты попыталась, – успокоил он с дразнящей улыбкой на губах.

– Ах да? А ты, значит, отличный пекарь? – приподняла я бровь.

Принимая вызов, Чейз приподнял свою.

– Конечно. Хотя, думаю, крошка Рейан справился бы с этим лучше, чем его мать.

Он вошел в комнату и высыпал муку в большую миску. Холт вынес уголь, автором которого я была, на улицу, а Ред начал чистить столешницу для Чейза.

– Смотри и учись, Асена.

В дверях появился Берон. Все еще без рубашки, он прислонился к дверному косяку, скрестив руки на груди. На его лице красовалась обычная ухмылка. Воздух в кухне постепенно становился все чище, но то, что я видела Волка сквозь поднимающийся дым, заставляло мое сердце биться быстрее.

Это чувство исчезло, как только рядом с ним появилась Амарис с растрепанными волосами и в ночной рубашке. Она бросила на Берона страстный взгляд и обняла его, осторожно коснувшись его руки.

Эта паршивка…

Она ошибалась, если решила, что я никогда не играла в подобные игры.

Явно раздраженный, Берон выпрямился, чувствуя себя неловко.