Читаем Дом Волков полностью

Сол все дальше отдалялась от Люмины, приближая мою встречу с Люмосом. Берон не знал, придет ли бог луны ко мне в образе человека, как сделала Сол, или предпочтет какой-то другой способ общения.

На ужин Чейз приготовил вкусные стейки, жареные овощи и торт. Таким угощением наслаждалась вся стая. Даже Амарис присоединилась к разговору. Бо́льшую часть дня она пребывала в хорошем настроении, что заставило меня насторожиться еще сильнее.

Я искупалась в источнике и бросилась обратно в Дом, стуча зубами на холодном ветру. Однако в своей комнате я обнаружила огонь, громко ревущий в очаге. Я расчесала спутанные пряди, а затем заплела волосы в косу. В одном из моих сундуков я нашла темно-синее платье, простое, но обтягивающее мои бедра до колен, где оно заканчивалось множеством изящных плиссированных оборок.

Проведя вспотевшими ладонями вниз по бедрам, я встала, позволив подолу платья прикрыть мои сандалии. Книга лежала в тайнике. Сегодня тени молчали. С тех пор как Сол прогнала их, они почти не шевелились. Интересно, чувствовали ли они, что Люмос приближается.

Я ощущала их присутствие так же ясно, как странную сущность внутри; жужжащую, живую тьму, которой не было до того, как Зарина ударила меня кинжалом.

Кто-то дважды постучал в дверь. Подсознательно я уже знала, что за ней стоит Берон.

– Входи.

Дверная ручка повернулась, и огонь в камине осветил затененные черты Волка. Берон медленно направился ко мне. В его руках что-то блеснуло.

Мой ореол.

Он прочистил горло.

– Келум подумал, что, возможно, ты захочешь оставить его себе.

Я взяла ореол из рук Берона и позволила себе ощутить его тяжесть.

– Спасибо.

Я бы не надела его снова. Я больше не была Атеной Гелиоса. Но я могла бы отдать ореол Рейану, чтобы мой сын знал, кем я когда-то была, и мог подержать частичку моего прошлого в своих руках. Однажды я надеялась, что он узнает, что сделало меня тем, кто я есть. Хорошее и плохое. Чтобы мой малыш знал, как я любила его и как боролась за него, даже если часто терпела неудачу.

Падрен и Малия рассказали ему о Мерике. Погибни я от рук Анубиса, кто расскажет Рейану обо мне?

Подойдя к столу, я положила на него залитый солнцем ореол и прислушалась к тихому шипению теней. Ореол грозил им разрушением. Он был символ того, чего они боялись больше всего.

– Ты готова? – спросил Берон.

Я обернулась через плечо, чтобы посмотреть на него.

– Готова.

Он прочистил горло.

– Красивая – слишком слабое слово, чтобы описать, как ты выглядишь сегодня, да и всегда, Ситали.

Я закрыла глаза и сделала глубокий вдох.

– Благодарю.

Мы спустились по ступенькам под свист волков. Амарис не присоединилась к стае, чтобы выразить свое одобрение, но по крайней мере она тоже была здесь. Берон ухмыльнулся, предлагая мне руку, и мы прошли мимо всех присутствующих, в ночь.

Люмос ждал прямо за деревьями. С того места, где мы стояли, огромные валуны каскадом падали в протекающую внизу реку. Между и над ними росли деревья, которые отказывались отдавать камням и дюйм земли, которую считали своей.

Берон спокойно взял меня за руку и сжал ее в молчаливом знаке поддержки.

– Я вернусь, когда он позовет меня.

Он собирался уходить?

Я знала, что разговор будет личным, но предполагала, что Берон все же останется рядом. Особенно учитывая, что однажды я чуть не спрыгнула с отвесной скалы.

Вместо того чтобы высказать свой страх, я сжала его руку в ответ.

– Спасибо.

Я не смотрела Берону вслед, но почувствовала, как он отдаляется, а затем исчезает.

Как только Сол окончательно ушла с небосклона, Люмос опустился так низко, что я могла видеть только его прекрасные шрамы. Триумф кратеров и порезов. Бог луны был прекрасным воином, и я задумалась, не получил ли он эти отметины, сражаясь с Анубисом в глубинах.

А потом… послышались шаги.

Я обернулась, и у меня перехватило дыхание: Люмос явился в образе мужчины. Он был поразительно похож на Берона и Келума.

– Я знал, что ты заметишь, – легко сказал он, засовывая руки в карманы брюк так же, как это делали Волк и Люмин. – Я ношу лицо их отца.

– Берон видел тебя в таком обличье? – едва слышно спросила я.

– Нет, это причинило бы ему боль. А я не хотел бы этого делать.

Темные волосы парня, в прядях которых виднелся намек теплого коричневого цвета, были влажными. Не как волосы Келума – черные, будто бы слегка припорошенные инеем. Мальчики унаследовали прямой нос отца. Берону же от него досталась соблазнительная ямочка на щеке. Однако изогнутые губы им явно подарила Вада.

– Сол говорила со мной от твоего имени, но я решил, что нам пора встретиться. Скажи мне, хочешь ли ты стать волком?

– Ты знаешь, что скрыто внутри меня. Если Анубис так силен, как все боятся, то превращение в волка, пока его сущность заперта во мне, – невероятно плохая идея.

– Только если ты позволишь ему использовать тебя. Превратившись в волчицу, ты станешь хорошим охотником.

– Если то, что сказала Сол, правда, моя сестра скоро умрет. Мне больше не нужно охотиться за ней. И я точно знаю, где найти Анубиса. Для этого не нужны охотничьи навыки. Я уже чувствую темного бога. Чувствую его запах.