А некоторым из нас досталось еще и физически. Левое плечо Элоизы Макманус было забинтовано, рука перевязана, и винтовку она больше держать не может. А для акулы нет большего позора. Медоу Ньюман бледна и вся напряжена. Рубашка скрывает ее бинты, но я хорошо помню торчащий из ее плеча металлический шип.

Еще один головоногий, Робби Барр, опирался на костыль: после встречи с лейденским гарпуном ему на ногу пришлось наложить пластиковый гипс. Он вытер нос тканевым платком – он не плакал, просто у него куча аллергий, и даже в открытом море нашлось что-то, что заставляет его чихать.

– Этот альттек… – Робби покосился на меня. – Ты говоришь, что все это время миссия ГП заключалась в его охране. И никто из нас не был в курсе. Даже ты?

– Даже я, – подтвердила я. – До вчерашнего дня.

Я старательно не смотрела на Эстер, потому что практически уверена, что ей было известно много больше, чем она говорила, но мне не хотелось привлекать к ней всеобщее внимание.

Купер Данн поднял свой лейденский пистолет:

– И на этой базе найдется еще больше подобных сюрпризов?

Его вчера тоже подстрелили в ногу мини-гарпуном, но забинтованная рана его, похоже, не беспокоила. Скорее наоборот – ему не терпелось провести с ЛИ матч-реванш, и в этот раз желательно с пушками покрупнее.

– Хьюитт сказал, что лейденское оружие – это самое простое, – припомнила я, – и что самые сложные изобретения Немо намного превосходят все достижения современной науки. Наши испытания в эти выходные должны были стать первой ступенью посвящения в эту тайну.

Ребята опять заворчали: о да, эти старые добрые времена, когда всего какие-то сутки назад нашей самой большой проблемой было пройти испытания и не вылететь из ГП.

Тиа Ромеро дернула себя за кудряшку:

– То есть все старшекурсники, даже второкурсники… все об этом знали и ни слова нам не сказали.

Очевидно, никому не нравилось предположение, что второкурсники владеют важной секретной информацией. Десятиклассники всегда нас нещадно бесили.

С другой стороны, это объясняло их надменность. И многое другое. Почему корпус Верна так серьезно охранялся. Зачем нам нужна была вооруженная охрана и ящики с золотым уровнем доступа.

Мне до сих пор не верилось, что Дев мог хранить от меня столько тайн… о нашем происхождении и особенно об обстоятельствах смерти родителей. Но чем чаще я об этом думала, тем меньше злилась и все больше грустила, что Деву пришлось носить этот груз в одиночку. Что я не могла ему ничем помочь. А теперь его не стало…

– Нельзя, чтобы они до нее добрались, – вывел меня из размышлений голос Бриджит Солтер. Она выглядела неважно – как человек, три дня проболевший гриппом, – но на ее лице читалась стальная решимость. – До этой базы. Возможно, это все, что осталось у нас от ГП. Нельзя, чтобы она досталась Лэнд Инститьют. Или ты, Ана… Нельзя, чтобы они и до тебя добрались.

У меня перехватило горло. Бриджид, как и все мои однокурсники, могла обвинить во всем меня – ведь это за мной охотилась Лэнд Инститьют. Но гнев, волнами исходящий от нашей команды, был направлен не на меня.

– Давайте проголосуем, – призвал Джем. – Я за то, чтобы Ана была капитаном. Мы будем выполнять ее приказания и сообща найдем эту базу. А потом заставим Лэнд Инститьют заплатить за все, что они сделали. Кто со мной?

Решение было единогласным. Один Топ не проголосовал, но, думаю, мысленно он тоже за меня.

У меня во рту разлился металлический привкус страха, и я сглотнула. Меня только что назначили капитаном корабля с командой из двадцати первокурсников, собаки, дельфина и одного взрослого, находящегося в коме.

Я не хотела такой ответственности. То, что среди моих предков был Немо, вовсе не означает, что мне самой хочется быть капитаном. Но моим однокурсникам нужно, чтобы ими кто-то руководил, чтобы кто-то направил их к чему-то лучшему, чем наша нынешняя ситуация. И да поможет бог, но они избрали на эту роль меня. И ради них, ради наших погибших друзей, и особенно ради Дева, я должна попытаться.

– Я вас не подведу. – Как только эти слова сорвались у меня с языка, в голове промелькнуло: «Разве я могу им это обещать?» – Старосты, за мной на мостик, – сказала я, чувствуя, как дрожат колени. – Остальным вернуться на позиции. У нас много работы!

«И всего семьдесят два часа», – напомнила я себе.

По истечении которых мы либо найдем помощь на секретной базе… либо, что вероятнее всего, погибнем.

<p>Глава 18</p>

Оказывается, командовать кораблем – это тяжелый труд.

Конечно, это можно было предвидеть, я все-таки уже несколько раз ходила на «Варуне». Но я никогда еще не возглавляла целую команду – и уж точно не когда ее члены пытались разобраться в содержимом ящиков, полном альттек-примочек на основе изобретений Немо.