Читаем Доброе слово полностью

Я к о в. Чего призадумались, братцы? Видно, животики подвело. Не знаю, как у вас, а мне поесть бы в самый раз! Надо поискать, чего нам пожевать. (Вынимает из мешка.) Медная пуговица, хлеб да луковица! Небогатая еда, да и то не беда! Чтобы было посытней, найдем сказку повкусней!.. (Дает по кусочку хлеба.) Чтобы было веселей — проглоти тарелку щей! Щи густые, жирные да наваристые, давай-налетай, сытных щей похлебай. Смотри не спеши — роток не обожги. Мы довольны малым — съедим каши с салом. (Дает по кусочку хлеба.) Эх, каша хороша, горяча, рассыпчата! Ну, подходи, братцы, угощайся, досыта наедайся! А теперь не лишний — пирожок с вишнями. (Дает по кусочку хлеба.) Видишь, какой румяный, с пылу, с жару! Эх, вкусно, сладко, — ешь без остатка! Ну как, молодцы?

И в а н. Спасибо, Яков-малый, солдат бывалый, — хороши твои щи да каша. Поели мы сытно да вкусно.

А л е к с е й. Хорошо накормил ты нас, дядя Яков, спасибо тебе!

Я к о в. Рано еще спасибо говорить — надо пищу-то запить. Пойду побыстрей — достану воды повкусней! (Берет баклагу, уходит.)

Алексей задумался, опустил голову.

И в а н. Что ты, Алексей, призадумался?

А л е к с е й. Одна у меня дума — отомстить Кащею проклятому. Ни о чем другом не стану думать, пока не увижу труп его поганый. Как закрою глаза свои, вижу дом свой родимый, братьев любимых, отца с матушкой. Будто здесь они, со мною рядышком, совсем, совсем близко. Матушка! Батюшка! Все они от меня отворачиваются… Пока не отомщу за гибель лютую Кащею проклятому, не посмотрят они на меня. Один я одинешенек на всем белом свете.

И в а н. У нас с тобою одна дума — отомстить Кащею проклятому. Не один ты одинешенек на белом свете, Алексей! Полюбил я тебя, как родного брата, а за что — и сам не знаю. Поклянемся друг другу, что вовек мы с тобой не расстанемся.

А л е к с е й. А ты раньше хорошенько подумай, Иван-царевич, над словами своими: жизнь-то долгая, смотри, как бы не раскаяться.

И в а н. Думать мне нечего. Полюбил я тебя, Алешенька, как брата родимого. Вот слово мое последнее. Что же ты молчишь, Алексей?

А л е к с е й. И я тебя, Иван-царевич, полюбил, как увидел, побольше, чем брата родимого. Ты, как солнышко, один на свете, любимый мой.

И в а н. Так давай побратаемся. Возьми ты мой меч, а я твой возьму.

Меняются мечами.

А л е к с е й. А вот возьми еще мое колечко заветное! Матушка подарила мне его. Я разломаю его на две половинки. Одну ты себе возьмешь — другая у меня останется. Если с нами беда случится, разойдемся, и ты узнать меня не сможешь — это колечко узнать нам друг друга поможет.

И в а н. Нет, Алешенька, я всегда узнаю тебя, друга моего милого. Ну, будь по-твоему! Давай мою половинку. Теперь, Алексей, обнимемся да поцелуемся.

А л е к с е й (испуганно). Нет, не надо, Иван-царевич!

И в а н. Так по обычаю полагается. (Обнимает Алексея.)

А л е к с е й. Иванушка!

И в а н. Что, Алешенька?..

Целуются. Пауза. Появляется  Я к о в.

Я к о в. Ну, молодцы, попали мы в царство змеиное. Отсюда до земли Кащеевой рукой подать… Да выхода нигде не найти. Надо тропинку искать. Ты, Алексей, здесь побудь, а мы с Иваном-царевичем пойдем путь отсюда искать. За тобою придем. Надо отсюда уходить — недоброе здесь чуется.

А л е к с е й. Хорошо.

Иван-царевич и Яков уходят.

(Смотрит им вслед. Поворачивается. С головы падает шелом, и распускается коса. Садится и смотрит на косу, поет.)

(Срезает косу. Прячет ее.)

Слышен треск веток. Алексей прячется. Идут  в о и н ы  К а щ е е в ы. Из дупла вылезает  З м е я, воины Кащеевы подходят к ней.