Читаем Дневник белогвардейца полностью

Он с восторгом рассказал случай с отказом принять предложение помощи Маннергейма только потому, что надо было поступиться и признать независимость Финляндии; когда же я ему высказал, что не было ли такое решение крупной военной и государственной ошибкой, то он весь вспыхнул, страшно огорчился и ответил, что идеею великой, неделимой России он не поступится никогда и ни за какие минутные выгоды. Несомненно, что это его credo.

Слушая его, думал, сколько хорошего можно сделать из этого вспыльчивого идеалиста, полярного мечтателя и жизненного младенца, если бы слабой волей руководил кто-нибудь сильный и талантливый и руководил так же искренно и идейно, как искренен и предан идее служения России сам Адмирал.

22 Августа.

 Утром наш выезд в Ижевскую дивизию был отложен по случаю только около полудня выехали по довольно рискованному, идущему близко к отходящему фронту, маршруту.

Весь прилежащий район представляет огромные удобства для действий конницы, броневиков и танков; Как обидно, что обещанные нам французами танки где-то застряли и никак не могут до нас добраться!

Но для пехоты, в особенности молодой и нестойкой, район для действий очень трудный, благодаря массе перелесков, закрывающих кругозор и облегчающих обходы и охваты; опять подумал о преимуществах обороны за Тоболом, где на 3-4 версты перед фронтом открытая, местами болотистая, долина реки.

Впечатление от Ижевской дивизии весьма оригинальное, но благоприятное; жаль только, что хороший по численности полк раздули в целую дивизию, ибо реальной силы это не прибавило, но перегрузило зато по части штабов и обозов.

Все говорят, что это исключительная по боевому достоинству дивизия, и, между тем, не принято никаких мер к тому, чтобы снабдить ее, как следует; при всей нашей бедности мы могли бы снабдить, как подобает, такую отборную воинскую часть, хотя бы уменьшив то, что так жадно и бесцеремонно заграбастал у нас казачий Омский хапуга.

По дороге встретили массы отходивших обозов, шедших в большом внешнем порядке; на каждой повозке по 1-2 здоровенных солдата с винтовками - это многочисленные обозные и нестроевые; физиономии у всех весьма пухлые и никаких военных тягот и лишений на них не видно, в этом резкая разница с подтянутыми, сухими и обожженными лицами Ижевских стрелков и офицеров; точно также большинство обозных одето щеголями сравнительно с Ижевцами.

Войсковые части тоже злоупотребляют подводами, требуя их от населения; это очень раздражает местных жителей, так как их отрывают от полевых работ по уборке сена и хлебов, уродившихся в этом году так, как не бывало уже много лет; лошади и повозки остро нужны самим крестьянам, так как обычная здесь уборка машинами сейчас невозможна вследствие неполучения запасных частей, шпагата и машинного масла.

Убедился, что сведения о гомерических размерах войсковых обозов не преувеличены; есть полки с обозом свыше тысячи повозок, и армейское начальство бессильно бороться с этим злом; можно по этой части отдавать любые распоряжения о сокращении, но никто их не исполнит.

Все обозные и тыловые должности переполнены сверх штата, что самым тяжким образом отражается на довольствии и снабжении строевого состава.

Все это результат деятельности 25 и 28 летних генералов, умеющих ходить в атаку с винтовкой в руке, но совершенно не умеющих управлять своими войсками, придать им правильную организацию и не позволять им обращаться в сплошные обозы.

То, что увидел и узнал за эти три дня вполне подтвердило те выводы, к которым пришел еще в Омске по отношению к невозможности для нас наступления. Нельзя наступать, не имея пехоты, ибо в так называемых дивизиях по 400-700-900 штыков, а в полках по 100-200 штыков; нельзя забывать, что надо занимать широкие фронты, а наши дивизии равны по численности батальонам. Нельзя наступать с растерянной артиллерией, почти без пулеметов и с остатками технических средств связи. Сюда надо добавить совершенно расстроенный армейский тыл, не способный правильно довольствовать войска, даже при отходе их, на свои запасы; как же мы будем довольствовать при наступлении, когда вступим в район разрушенных железных дорог и истощенных и нами, и красными местных средств, т. е. попадем в такую обстановку, в которой правильная и налаженная работа тыла приобретает исключительно важное значение. Те обозы, которые я видел в эти дни, не могут работать правильно по кругообороту правильного подвоза, ибо это не военные обозы, а кочующие таборы; они нагружены разным добром, продовольственного груза принять не могут и, кроме того, так непомерно велики по сравнению с боевыми частями, что сами слопают все подвозимое.