Читаем ДНЕВНИК АЛИСЫ полностью

Сначала черви отъели у меня женские органы. Они почти полностью выели вагину и груди, а теперь трудятся над моим ртом и глоткой. Я бы хотела, чтобы доктора и сестры позволили моей душе умереть, но они все пытаются воссоединить тело и дух.

(?)

Сегодня проснулась с ясным сознанием. Кажется, наркотический бред закончился. Сестра сказала, что я пролежала тут десять дней, а когда я прочитала, что написала за это время, поняла, что все, похоже, и правда закончилось.

(?)

Сегодня мои руки облучали чем-то вроде лампы ультрафиолетового света, чтобы ускорить процесс заживления. Мне еще не давали зеркало, но чувствую, что лицо мое расцарапано, колени, голени и локти, практически все тело в синяках. Будут ли мои руки когда-нибудь опять похожи на руки? Кончики пальцев выглядят как гамбургер, жарящийся в лучах ультрафиолетовой лампы. Мне дали спрей, чтобы облегчить боль. Руки больше не перевязывают, но мне почти хочется, чтобы вернули повязки, иначе мне приходится очень внимательно их рассматривать, чтобы убедиться, что на них нет червей.

(?)

Сегодня ко мне в комнату залетела муха, я закричала и не могла остановиться. Я так испугалась, что она отложит яйца на мои лицо, руки и тело. Потребовалось две медсестры, чтобы убить ее. Нельзя допустить, чтобы на меня садились мухи. Может, придется перестать спать.

(?)

Только что выбралась из постели и подошла к зеркалу. На четырех пальцах ног наложены шины; наверное, они тоже сломаны. Я с трудом себя узнала. Мое лицо отекло, распухло, все сине-черное и расцарапанное, волосы местами вырваны большими клоками, кое-где до лысины. Может, это не я?

(?)

Когда я вставала, то сломала еще два пальца на ногах, теперь обе ноги в гипсе. Мама с папой каждый день приходят меня навестить, но ненадолго, нам почти нечего сказать друг другу, пока мое сознание снова не станет работать как положено.

(?)

Кружится голова, но сестра сказала, что это из-за сотрясения. Черви почти исчезли. Наверное, спрей их убивает.

(?)

Я узнала, как я приняла кислоту. Папа сказал, что кто-то покрыл ею арахис в шоколаде, и, наверное, это так и есть, потому что я помню, что ела арахис после того, как искупала ребенка. Тогда я решила, что мистер Ларсен решил сделать мне сюрприз. Но теперь, думая об этом, я не помню, почему я решила, что мистер Ларсен приходил и ушел, ничего не сказав. Эта часть пропущена. Хорошо, что я помню хоть что-то. Похоже, несмотря на все повреждения, которые я себе нанесла, мое сознание по-прежнему работает. Мой доктор говорит, что это нормально; для того чтобы полностью потерять рассудок, нужно принять очень много. Надеюсь, он прав, потому что у меня такое ощущение, что я и так уже приняла очень много.

Я помню, что конфеты напомнили мне о дедушке, он часто ел арахис в шоколаде. Помню, как у меня закружилась голова и заболел желудок. Кажется, когда я поняла, что кто-то каким-то образом накормил меня кислотой, я пыталась позвонить маме, чтобы она приехала и забрала меня и ребенка. Когда я пытаюсь вспоминать, все такое нечеткое, будто смотришь через мелькающие цветные огоньки, но я помню, как пыталась набрать наш номер и что цифры возвращались назад целую вечность. Наверное, линия была занята, дальше я ничего не помню, кроме того, что я кричала и что пришел дедушка, чтобы мне помочь. Но его тело было покрыто сверкающими разноцветными червями и личинками, падавшими на пол за его спиной. Он пытался меня поднять, но от его рук остались только кости. Плоть сожрали извивающиеся, корчащиеся, ползающие, деловито жующие черви, кишевшие на нем. Они ели и не собирались останавливаться. Его глазницы были забиты белыми мягкими ползающими тельцами, которые то и дело исчезали в его плоти и появлялись вновь, фосфоресцируя и переплетаясь друг с другом. Черви и паразиты поползли в сторону комнаты ребенка, я пыталась топтать и давить их руками, но они появлялись быстрее, чем я их убивала. Они ползли по моим рукам, лицу и телу. Они были в носу, во рту, в горле, они душили меня, я задыхалась. Ленточные черви, опарыши, личинки уничтожали мою плоть, ползали по мне, ели меня.

Меня звал дедушка, но я не могла бросить ребенка, да и не хотела идти к нему, его вид меня пугал и вызывал тошноту. Его так ужасно изъели, что его едва можно было узнать, он показывал на гроб, стоявший рядом с ним, я пыталась убежать, но сотни мертвых созданий заталкивали меня внутрь и пытались накрыть крышкой. Я все кричала и кричала и пыталась когтями выцарапать себе дорогу из гроба, но меня не отпускали.

Теперь я понимаю, что, пытаясь сбросить с себя червей, я сама вырывала у себя волосы и расцарапывала тело. Как я разбила голову, я не знаю. Может, я пыталась выбить весь этот бред из своего черепа, я правда не помню, кажется, это случилось очень, очень давно. Я так устала от того, что пишу все это. В жизни никогда так не уставала.

(?)