Читаем ДНЕВНИК АЛИСЫ полностью

Кто-то из родителей рассказывал забавное о своих детях, и папа даже с гордостью рассказал что-то хорошее про меня… Представляешь! В полночь все надели бумажные шляпы и зазвонили в колокольчики, гонги и т. д., а потом сели ужинать, а мы с бабушкой, Крис и Тимом помогали подавать на стол. Укладываться спать стали только в четыре утра, и это была лучшая часть вечера. Когда гости разошлись, а я, и Крис, и все мои домашние переоделись в пижамы и стали доедать оставшиеся угощения и наводить порядок, мы все были так счастливы и спокойны, насколько это только вообще возможно. Дедушка мыл посуду – в мыльной пене по самые подмышки, – и пел во весь голос. Он заявил, что посудомоечная машина моет слишком медленно, а нам ведь еще так много нужно чего сделать. Папа расхаживал с важным видом и носил посуду, и все время облизывал пальцы. Было так здорово! Мне кажется, что гости на вечеринке меньше веселились, чем папа, мама, дедушка, бабушка и мы с Тимом после их ухода. Интересно, захотела бы Крис праздновать вместе с нами, если бы ее родители не были уже куда-то приглашены? Наверное, это одна из тех вещей, о которых нам не дано знать и что, в общем-то, не так и важно.


4 января


Завтра снова пойду в школу. Кажется, что прошло не полгода, а целая вечность. Но теперь я буду это ценить, точно говорю. Собираюсь заняться испанским, хочу говорить как настоящая испанка. Раньше думала, что иностранный язык – это так скучно, но теперь я поняла, как важно уметь общаться с людьми, со всеми людьми.


5 января


Крис уже в выпускном, но мы по-прежнему ходим на ланч вместе. Немного трудно возвращаться в прежнюю жизнь.


6 января


У меня шок! Сегодня Джо Дриггс подошел ко мне и спросил, нет ли у меня чего. Я уже почти забыла, что еще совсем недавно я торговала. Я так надеюсь, что на этом разговор и кончится и я смогу это пережить. Вообще-то, Джо не поверил, что я завязала. Он был в очень плохом состоянии и умолял, чтобы я достала хоть что-нибудь. Надеюсь, Джо не станет распускать слух, будто я торгую.


7 января


Сегодня ни слова о наркотиках – похоже, Джо правильно меня понял.


8 января


Нас с Крис пригласили на вечеринку, но я спросила разрешения у мамы, чтобы Крис осталась у нас на выходные. Я уверена, что смогу удержаться, но не хочу рисковать. И я очень честно (ну, почти честно) рассказала маме, что несколько довольно бойких ребят в школе сбивают нас с толку и что нам не помешала бы поддержка семьи в течение нескольких недель. Мама была тронута доверием с моей стороны и сказала папе, чтобы он придумал что-нибудь этакое на пару следующих уикендов и попросил родителей Крис придумать что-нибудь подобное на пару уикендов после этого. Так хорошо знать, что мы можем общаться, а не только просто разговаривать! У меня правда такая чудесная семья!


11 января


Мы с Крис и моей семьей провели выходные в горах. Отдохнули по полной! Папин коллега одолжил нам свой домик, и мы научились добывать воду и растапливать печь и все такое, было здорово. Всю ночь шел снег, и наутро пришлось откапывать нашу машину, но все равно было отлично. Папа говорит, что нужно чаще одалживать или снимать домик в горах. Это чудесный способ на выходные уйти от суеты. Странно, как ему удается настроить всех на свой лад, когда он чувствует, что это необходимо?


13 января


Джордж пригласил меня на свидание в пятницу вечером. Он ничего собой не представляет, но, по крайней мере, с ним безопасно.


14 января


Во время ланча ко мне подошел Лэйн и потребовал, чтобы я его с кем-нибудь свела. Его связи накрылись, и ему было действительно очень плохо. Он сжимал мою руку, пока она не посинела, и вырвал-таки из меня обещание, что к вечеру я дам ему хоть какую-нибудь наводку. Ума не приложу, откуда я ее возьму. Крис предложила узнать у Джо, но я не хочу иметь ничего общего с кем-то из этой компании. Мне так страшно, что меня почти тошнит… впрочем, меня и правда тошнит.


15 января


Милая, ничего не знающая, мама! Лэйн звонил вчера дважды, но мама почувствовала, что что-то не так, и сказала, что я очень больна и меня ни в коем случае нельзя беспокоить.

Она даже настояла на том, чтобы я не ходила сегодня в школу, представляешь! Она настояла, чтобы я прогуляла школу! Я так ценю, что она заботится обо мне, и так хочу доверять ей. Интересно, знает ли Лэйн о нас с Ричи???


17 января


Джордж повел меня на школьные танцы, но вечер не удался, из головы не выходили Джо с Лэйном. Джордж спросил, в чем дело, и я ответила, что Лэйн ревнует, потому что он пригласил меня на свидание, а я ему отказала. Слава небесам, музыка играла так громко, что невозможно было толком говорить. Пусть они оставят меня в покое!


20 января


В эти выходные папа будет очень занят, поэтому уехать никуда не получится, но мы можем чем-нибудь заняться. Мама сказала, что поможет мне сшить виниловый костюм, винил очень похож на кожу.


21 января


Перейти на страницу:

Похожие книги

Опасные советские вещи. Городские легенды и страхи в СССР
Опасные советские вещи. Городские легенды и страхи в СССР

Джинсы, зараженные вшами, личинки под кожей африканского гостя, портрет Мао Цзедуна, проступающий ночью на китайском ковре, свастики, скрытые в конструкции домов, жвачки с толченым стеклом — вот неполный список советских городских легенд об опасных вещах. Книга известных фольклористов и антропологов А. Архиповой (РАНХиГС, РГГУ, РЭШ) и А. Кирзюк (РАНГХиГС) — первое антропологическое и фольклористическое исследование, посвященное страхам советского человека. Многие из них нашли выражение в текстах и практиках, малопонятных нашему современнику: в 1930‐х на спичечном коробке люди выискивали профиль Троцкого, а в 1970‐е передавали слухи об отравленных американцами угощениях. В книге рассказывается, почему возникали такие страхи, как они превращались в слухи и городские легенды, как они влияли на поведение советских людей и порой порождали масштабные моральные паники. Исследование опирается на данные опросов, интервью, мемуары, дневники и архивные документы.

Александра Архипова , Анна Кирзюк

Документальная литература / Культурология
Французские тетради
Французские тетради

«Французские тетради» Ильи Эренбурга написаны в 1957 году. Они стали событием литературно-художественной жизни. Их насыщенная информативность, эзопов язык, острота высказываний и откровенность аллюзий вызвали живой интерес читателей и ярость ЦК КПСС. В ответ партидеологи не замедлили начать новую антиэренбурговскую кампанию. Постановлением ЦК они заклеймили суждения писателя как «идеологически вредные». Оспорить такой приговор в СССР никому не дозволялось. Лишь за рубежом друзья Эренбурга (как, например, Луи Арагон в Париже) могли возражать кремлевским мракобесам.Прошло полвека. О критиках «Французских тетрадей» никто не помнит, а эссе Эренбурга о Стендале и Элюаре, об импрессионистах и Пикассо, его переводы из Вийона и Дю Белле сохраняют свои неоспоримые достоинства и просвещают новых читателей.Книга «Французские тетради» выходит отдельным изданием впервые с конца 1950-х годов. Дополненная статьями Эренбурга об Аполлинере и Золя, его стихами о Франции, она подготовлена биографом писателя историком литературы Борисом Фрезинским.

Илья Григорьевич Эренбург

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Культурология / Классическая проза ХX века / Образование и наука