Читаем Динамитчик. Самые новые арабские ночи принца Флоризеля полностью

– Ах! – воскликнула она, в отчаянии всплеснув руками. – Дон Кихот, Дон Кихот, вы опять сражались с ветряными мельницами? – Затем она рассмеялась и добавила: – Бедняга! Как вы, наверное, его напугали! Ибо знайте, что кубинские эмиссары уже здесь и вашу бедную Терезу скоро выследят. Даже скромный клерк из конторы моего адвоката может в любой момент оказаться в лапах вооружённых шпионов.

– Скромный клерк! – вскричал Гарри. – Как же так?! Вы же сами мне сказали, что он хочет жениться на вас!

– Мне казалось, что вы, англичане, любите розыгрыши, – спокойно ответила она. – На самом деле он клерк из конторы моего поверенного, и сегодня он принёс мне ужасную новость. Я в безвыходном положении, сеньор Гарри. Вы поможете мне?

При этих сладостных словах сердце молодого человека было готово выскочить из груди. Окрылённый надеждой и готовый к любым испытаниям, он даже забыл возмутиться по поводу розыгрыша со стороны дамы.

– Одно ваше слово! – вскричал он. – Чем я могу служить? Умоляю, скажите мне!

Искренне опечаленная, прекрасная креолка положила руку на сундук.

– Вот здесь, – сказала она, – мои драгоценности, бумаги и туалеты – словом, всё, что связывает меня с Кубой и моим ужасным прошлым. Их нужно тайно вывезти из Англии, или я погибла, как считает мой адвокат. Завтра надёжный человек будет готов принять этот сундук на борт ирландского пакетбота. Проблема в том, что нужно найти кого-то, кто доставит его в порт Холихед, проследит за его погрузкой на корабль и сразу же вернётся в Лондон. Вы возьмётесь за это? Сможете ли вы завтра выехать первым поездом, в точности исполнить все указания, имея при этом в виду, что вокруг вас кишат кубинские агенты, и как можно более непринуждённо, не выдавая своего волнения, оставить сундук в нужном месте и тотчас сойти на берег? Вы возьмётесь за это, чтобы спасти вашего друга?

– Я не совсем понимаю… – начал Гарри.

– Я тоже, – прервала его креолка. – Нам и не надо особенно вникать, коль скоро мы выполняем указания адвоката.

– Сеньорита, – произнёс Гарри серьёзным тоном, – полагаю, что это лишь малая толика того, что я могу сделать для вас, и я с радостью всё выполню. Однако позвольте мне сказать несколько слов. Если в Лондоне вашим ценностям грозит опасность, то скоро в опасности окажетесь и вы сами. И если я верно понимаю план вашего адвоката, то боюсь, что по своём возвращении могу вас здесь не застать. Меня не считают проницательным, и посему я честно выскажу, что у меня на сердце: я люблю вас и не смогу пережить вашего исчезновения. Я не надеюсь на большее, чем стать вашим слугой, и прошу об одном – получить от вас весточку. О, обещайте мне хоть это!

– Получите, – произнесла она, чуть помедлив. – Получите, обещаю вам.

Из-за того, что она говорила совершенно серьёзно, на её лице отразилось смущение и боровшиеся в ней противоречивые чувства.

– Хочу сказать вам, – продолжил Десборо, – что если что-то случится…

– Случится?! – вскричала она. – Зачем вы так говорите?

– Сам не знаю, – ответил он. – Вы можете исчезнуть до моего возвращения, и мы можем долго не увидеться. Я хочу, чтобы вы знали: с того самого дня, когда вы дали мне сигарету, я каждую секунду думаю о вас. Если это пойдёт во благо вам, вы можете смять меня, как клочок бумаги, и бросить в огонь. Я умру за вас с любовью.

– Ступайте! – воскликнула она. – Ступайте сейчас же. У меня мысли путаются. Я едва понимаю, о чём мы говорим. Ступайте, доброй вам ночи, и возвращайтесь целым и невредимым.

Когда он вернулся к себе, молодого человека охватила какая-то боязливая радость. Однако при воспоминании о том, как она внезапно побледнела и стала говорить что-то невнятное, он ощутил предчувствие чего-то недоброго. Любовь повернулась к нему своей трагической стороной, однако какое это имело значение, если она так печалилась их расставанию? Он лёг спать, раздираемый противоречивыми чувствами, и всю ночь ему снилось бледное лицо Терезы, на котором читались её невысказанные мысли. Лишь только занялась заря, как Десборо в ужасе сел на постели. Пора было вставать. Он оделся, наскоро позавтракал холодными остатками вчерашнего ужина и отправился к двери своей повелительницы за сундуком. Дверь была открыта, а внутри царил странный беспорядок: всю мебель сдвинули, оставив в центре комнаты свободное пространство, словно кто-то ходил взад-вперёд, обуреваемый тяжкими раздумьями. Там стоял сундук, на крышке которого лежала записка со словами: «Гарри, надеюсь вернуться до вашего ухода. Тереза».