— Что?

— Твое платье. Это не кожа, но все же мне нравится. Тебе идет зеленый цвет.

— Спасибо, — медленно произнесла я, настороженная комплиментом. — Мне нравится смокинг.

Он с явным дискомфортом пожал плечами.

— Костюмы для людей и вампиров.

— Ты носишь его с шиком. И ты знаешь, что хорошо в нем смотришься.

Слова вылетели прежде, чем я поняла, что произнесла их, и удивленный взгляд на его лице сказал, что он обратил на это внимание.

— Наверное, мне лучше отказаться от своих слов, иначе твое эго выйдет из-под контроля. Скажем, для оборотня ты выглядишь приемлемо.

— Но не так хорошо, как вампир.

Я лишь ухмыльнулась ему.

— Не хочу оскорблять тебя в моей отчем доме.

Он фыркнул.

— Это довольно неплохое мероприятие для вампирской вечеринки.

— Тут хорошо, — согласилась я. — А на что была бы похожа вечеринка оборотней?

— Кожа, как ты и сказала. Мышцы. Декольте. Ревущая гитара. Разбитые пивные бутылки, сверхъестественные, выброшенные из зеркального окна, соревнование по метанию топора.

— И такое бывает?

Он прищурился, пока вспоминал.

— Пару лет назад. Берна решила, что столы в баре выглядят слишком новыми. Они открутили ножки, повесили столешницы и бросали в них топоры. — Он сделал глоток пива. — После этого они стали выглядеть получше. У нее глаз наметан.

— Бар выглядит неплохо, — сказала я. — Но пол слишком чистый.

— Если бы ты только знала, сколько у нас об этом было разговоров. Я все время грожусь закатить туда Тельму и сменить масло прямо на полу бара.

— Но ты этого не сделаешь, потому что побаиваешься Берну?

— Я ни в чем не сознаюсь. — Он улыбнулся, в уголках его глаз появились морщинки.

Теперь у него настроение стало лучше, чем сегодня чуть раньше. Может, дело в свидании или выпивке, или просто в том, что он находится на вечеринке, а не думает о будущем Стаи и врагах, которых он может встретить по дороге на Аляску. Какая бы ни была причина, мне нравится видеть его таким.

— Что? — спросил он, прищурившись.

— Ничего. Просто подумала, что у тебя хорошее настроение.

— А обычно оно у меня не хорошее?

— Не при мне, — ответила я с усмешкой.

Коннор приподнял бровь на что-то позади меня.

Я оглянулась и увидела, как Райли, широко улыбаясь, несет к фуршетному столу метровую стопку алюминиевых подносов. На нем тоже был смокинг, и так же, как и у Коннора, его еле удерживал мышцы и магию. Он завязал волосы в пучок, и от этого открылись вызывающие интерес линии и углы его лица.

— Ты пялишься, — проговорил Коннор.

— Он того стоит, — ответила я и ухмыльнулась ему. — Тебя не беспокоит, что сейчас ты второй самый красивый оборотень?

Его взгляд опасно сузился, и от этого моя кровь побежала немного быстрее. Вероятно, какая-та древняя реакция вампира на оборотня.

— Я ни в красоте, и ни в чем другом не занимаю второе место.

— Угу. Ты стал ординарным и ушел в отставку, как и все мужчины в поисках жены.

На этот раз он хмыкнул.

— Я не ищу жену.

— Табби говорит об обратном. Разве Стая не хочет, чтобы у тебя была жена? — Я нахмурилась, пытаясь вспомнить. — Разве в кодексе ничего не говорится о том, что Апекс должен быть женат?

Им, может, и нравится рок-н-ролльный образ жизни, но у оборотней довольно консервативные взгляды на отношения. Это связано, или так сказал Коннор, с их отношением к земле и убеждением, что даже альфа иногда нуждается в еще одном мнении. Оборотни вступают в отношения с оборотнями, и, как правило, одного и того же вида животных, хотя тетя Коннора, Фэллон, нарушила это правило, когда вышла замуж за оборотня, превращающегося в белого тигра.

— Я не Апекс, — ответил он. — Пока.

Раздался резкий свист, а потом звон серебра о хрусталь. Все взгляды обратились к моему отцу, который стоял рядом с моей мамой (тоже в изящном черном цвете Кадогана — платье с открытыми плечами, которое касалось земли, с длинными тюлевыми рукавами с черным кружевом) на кирпичном патио на краю Дома. Толпа затихла и повернулась к нему лицом.

— Я не хочу прерывать вечеринку, — сказал он. — Просто хотел воспользоваться этой возможностью, чтобы выразить нашу благодарность за шаги, которые вы сегодня предприняли для достижения устойчивого мира. Путь к этому миру будет нелегким. Он не будет гладким. Но это стоит усилий. — Он поднял свой стакан. — За мир.

— За мир! — эхом отозвалась толпа.

— И было бы упущением с моей стороны, — продолжил он, — не упомянуть, как мы гордимся тем, что наша дочь снова вернулась домой, хоть и не надолго.

Я вежливо улыбнулась сверхъестественным, которые обернулись посмотреть на меня.

— Просто представь, что вся толпа голая, — пробормотал Коннор позади меня. — Это поможет.

Спойлер: Не помогло.

Глава 9

В конечном счете мой отец ушел, и внимание гостей вернулось к еде, напиткам и другим гостям.

К нам подошел Тео с женщиной в изумрудно-зеленом платье с длинными рукавами. У нее была смуглая кожа, волосы темные и прямые с золотистыми бликами, широкие и темные глаза под густыми, темными бровями.

— Привет, Элиза, — произнес Тео.

— Привет, Тео, ты знаком с Коннором Киином?