Читаем Диагностика убийства полностью

– Значит, вы ни разу не говорили с моим отцом? – уточнила я. – Не пытались убедить его помочь жителям?

– Зачем? Я знал его со слов Санджу. К счастью, ваш брат ни в чем не походит на отца. У вас, кажется, тоже больше общего с Санджаем, нежели с господином Варма? Вот, к примеру, я очень сомневался в том, что вы придете, а вы пришли, осмотрели больницу, согласились помочь…

– Боюсь, Ноа, вы считаете меня лучше, чем я есть на самом деле. Честно говоря, я преследовала и корыстные цели тоже.

– Корыстные?

– Я хотела воспользоваться вами как источником информации.

– Информации – о чем?

– Об убийстве моего отца.

– Разве полиция этим не занимается?

– Живя здесь, вам ли не знать, как полиция ведет дела в этой стране? – парировала я.

– Вы что, решили сами заняться расследованием? Тогда я ни за что не стану вам помогать!

– Но почему?!

– Да потому, Инди, что это может оказаться чертовски опасно! – воскликнул он. – Ваш отец схлопотал пулю, потому что ввязался в это строительство, и, как вы думаете, что остановит того, кто его убил, если вы начнете копать?

Мне понравилось, что Ноа назвал меня уменьшительным именем – пока еще никто так меня не называл. Мне также пришелся по душе тот факт, что он беспокоится обо мне (или о моих инвестициях в больницу?). Но вот что мне не понравилось, так это его отказ помогать.

– Вы должны понимать, – жестко произнесла я, – что мое решение не изменится только оттого, что вы его не одобряете. Если откажетесь вы, мне придется задействовать другие каналы.

– А они у вас весьма многочисленные, насколько я понимаю? – поднял брови Ноа. Насмешка, прозвучавшая в его голосе, заставила меня покраснеть – во всяком случае, я почувствовала, как кровь хлынула мне в лицо.

– Может, и не столь многочисленные, как ваши, – едко ответила я, – и, вероятно, без вашего участия мне придется потратить гораздо больше времени на поиск ответов, но вы плохо меня знаете, если думаете, что меня легко переубедить!

– Боюсь, я уже достаточно вас узнал, – вздохнул Ноа с безнадежным видом. – Ладно, помогу, иначе ваша смерть будет на моей совести, а мне этого совершенно не хочется!

– Какая счастливая новость! – буркнула я сердито.

– Инди, сначала я не верил, что в ваших жилах течет индийская кровь, но вы так быстро выходите из себя, что теперь все сомнения рассеялись: вы не только дочь своего отца, но и истинная дочь этой страны с горячим нравом – я бы даже сказал, с норовом!

На это я не сочла нужным отвечать, и Ноа продолжил:

– Я готов оказать содействие в том, что касается жителей района Таджа: со мной они будут более откровенны, чем с вами. Но вы должны понимать, что я знаю об убийстве вашего отца не больше, чем вы или полицейские, которые ни шатко ни валко расследуют это дело, поэтому…

– Кое-что мне уже известно, – перебила я. – Меня интересует один человек, Амар Агарвал.

– Кто назвал вам это имя?

Ноа выглядел озадаченным.

– Неважно. Как я вижу, вам оно тоже знакомо?

– Еще бы! Это была такая трагедия…

– Расскажите! – потребовала я.

– Может, пройдемся? – предложил Ноа. – Еда была тяжелой.

Я готова была согласиться на что угодно, сгорая от нетерпения выяснить что-то еще: до сих пор информация собиралась по таким мелким крупицам, что, если и дальше так пойдет, я не закончу свое расследование до самой пенсии! А Ноа, ко всему прочему, еще и чертовски нетороплив. Интересно, все швейцарцы таковы или он – исключение? На самом деле прогулки по улицам в Индии – большое испытание: к тебе тут же подлетают оборванные дети, просящие милостыню, или бедно одетые мужчины, сгорающие от желания что-нибудь для тебя сделать. К примеру, если у тебя в руках пакет с покупками, они хватаются за него с предложением донести до дому или подвезти тебя на рикше, велорикше, собственной спине и так далее. Все это можно понять: в Индии катастрофически высок уровень безработицы. Люди в офисах вынуждены работать в три смены, а зарплату делить поровну между тремя сотрудниками, дабы каждому доставалась хотя бы малая толика. При том что окраины и деревни планомерно разоряются и народ перетекает в крупные города, каждый вынужден сам искать себе работу, и никакой труд, кажущийся бесполезным в любой из европейских стран, не является в Индии зазорным. Поэтому на улице тебя прямо-таки атакуют те, кто пытается почистить обувь, вымыть стекла в машине, открыть дверь в магазин и так далее. Лично для меня это огромный внешний прессинг, и, думаю, я никогда не смогу к этому привыкнуть, поэтому самое безопасное в большом городе – передвигаться в автомобиле: в любом случае можно закрыть двери, поднять тонированные стекла и игнорировать все, что происходит снаружи. Допускаю, это звучит жестоко и бесчеловечно, но ведь я не член индийского правительства, и я вряд ли могу что-то сделать для облегчения существования всего индийского народа! Странное дело, когда я была в компании Ноа, к нам никто не подходил. Потом мне пришло в голову, что врача, вероятно, здесь многие знают, поэтому его и не донимают.

– Итак, – сказала я, когда мы немного отошли от ресторана, – Амар Агарвал: я жду, Ноа!