Читаем Девушка в белом полностью

А паровоз несется, надрывается. Стоит потянуть рычаг — и раздастся пронзительный свист, шарахнутся деревья, взлетят птицы, детишки зажмут ладонями уши, замечется привязанный к кусту козленок...

Паровоз грохочет в горах, дробно стучит на мостах — мчится вперед.

Деревни, реки, дубы, тополя, виноградники, люди, земли... Моя земля!

Машу рукой, вылезаю по пояс в окно.

— Здравствуйте, мосты!

— Здравствуйте, реки!

— Тополя и виноградники!

— Горы!

— Люди!

— Здравствуйте, здравствуйте, здравствуйте!

— Привет и тебе, маленький домик на косогоре! Я приметил тебя издали, даже узкую лесенку без перил разглядел. Но что это красное мелькнуло в окне?

...Прямо передо мной выросла гора. Исчезли лесенка, окно, домик... А вот ежевика рдеет — рукой подать.

— Здравствуй, ежевика!..

Гора осталась в стороне. Опять видны косогор и домик с раскрытым окном, а на подоконнике сидит девушка в красном платье.

— Здравствуй, девушка!

Машу рукой, смеюсь. Она улыбается, высовывается в окно. Поезд спешит, вот-вот девушка скроется из глаз, но нет, она выбегает на балкон, обнимает столбик и машет мне, машет.

Поезд торопится, мчится.

— До свидания, девушка!..

Остаются позади двор, косогор. Я становлюсь на цыпочки, — хочу еще хоть раз увидеть девушку. А поезд продолжает бег, грохочет, стучит. И вновь — дома, телята, мосты, виноградники... виноградники... Прибавляю скорость...

Вечером, на обратном пути, веду длиннющий состав цистерн: черных, коричневых, желтых. Солнце упало за горы. Между деревьями растаяли тени. Мрак сгустился под мостами. Я тороплюсь... что-то тревожит меня, кто-то подгоняет — не знаю что, не знаю кто, но мне хочется ехать быстрее. Скоро стемнеет. Смотрю вперед... сейчас кончатся скалы, эти безмолвные глыбы и покажется косогор, домик, распахнутое окно...

Как медленно тянется время!

Но вот и косогор. Какой он нарядный, сколько на нем, оказывается, полевых цветов — белых, красных и голубых. Двор потонул в прохладной зелени... Такого двора нет вдоль всей дороги, нет ни такого дома, ни такого окна. Окно раскрыто, но девушки не видно. Я не теряю надежды и машу рукой. Она, должно быть, где-нибудь здесь, во дворе... Вот и она! Держит охапку зеленых листьев — кормит теленка. Обернулась, увидела меня, замахала рукой, и листья посыпались к ее ногам.

А поезд несется, грохочет...

Исчезла девушка. Надвинулась гора, до ежевики рукой подать.

...Рейс окончен. Я вхожу в ярко освещенную дежурку. За окном темно, из темноты кто-то движется на меня, черный, покрытый сажей... Неужели это я? Я засмеялся и увидел, как сверкнули мои зубы.

Неужели всегда я такой черный, только зубы белеют? Неужели таким знает меня та девушка?

В эту ночь я не сомкнул глаз, а утром раньше обычного вышел на работу и целых два часа слонялся без дела.

У билетной кассы стояла очередь. Маневровый паровоз, пронзительно вскрикивая, метался из стороны в сторону, дежурный в красной фуражке грузно ступал по перрону.

Медленно шло время. Стрелки больших круглых часов словно застыли. Но вот появился машинист, и я обрадовался его приходу.

...Дрогнул всем телом состав, неслышно заскользил по рельсам, будто хотел незаметно сбежать, потом заскрипел, застучал, запыхтел. И снова дома, деревья, мосты, люди и голубые виноградники.

Я смотрю вперед, только вперед. Я знаю — еще далеко до косогора, до домика, до того окна. Но когда мы обогнем эту гору, оставим позади лес, — я увижу...

Обогнули гору, миновали лес, но опять гора, петляющая дорога, лес...

Наконец-то косогор и домик, и узенькая лестница без перил. Окно распахнуто. Но где же девушка? Она на балконе, она выбежала на балкон и машет мне белым платком. И я смеюсь, машу ей обеими руками. Смеюсь, знаю, что ей видны только мои белые зубы. Я срываю кепку и машу.

А поезд несется дальше...

— До свидания, девушка!

Дни бегут за днями, как разноцветные вагоны. Каждое утро снова распахнутое окно — она ждет меня. Ждет и вечером, приветливо машет рукой, косынкой, шапочкой, обнимает рукою столб и машет, машет мне вслед... И смеется, смеется.

Проходят месяцы, как медленные, грузные составы.

Желтеют листья. Кружась, падают на землю. Поезд подхватывает их, и яркий, пестрый вихрь мчится вперед.

И снова горы, пожелтевшая кукуруза, высохшие цветы, отяжелевшие виноградные лозы... Домик, распахнутое окно и девушка в синем жакете. Она машет мне книжкой, косынкой, платком... всем, что оказывается под рукой.

Отсюда не видно ее лица, но я знаю, очень хорошо знаю, — у нее лучистые глаза, длинные ресницы, она любит смеяться... Ну и что же, что лица ее не видно. Она милая девушка, любит необыкновенные приключения, а обо мне... обо мне она, наверное, думает: этот парень с ног до головы вымазан сажей, только зубы у него белые, очень белые... он машет мне рукой, кепкой и мчится... мчится куда-то.

Идет снег, вперемешку с дождем. Снежинки превращаются в хлопья и тихо, неслышно ложатся на землю.