— Не обсуждается! Крепость Клыков находится поблизости. Упустим шанс и прости-прощай обещанная награда.
— Есть вещи пострашнее псомордых и даже… гончих. — Возразил тот же неуверенный голос.
Мужчины посмотрели на юношу с удивлением, а затем в глазах одного из них загорелось понимание и насмешка.
— А-а, верно, ты ведь
Все мужчины рассмеялись. За исключением юноши. Он был предельно серьезен.
— Не Темный. Демон.
— Что?! Ты откуда таких бредней нахватался парень, что за «дэ-мон» такой?
— Демон. — Поправил его самый старый из мужчин, доставая из плаща флягу. — Так называют тварь с изнанки, что напялила человеческую шкуру. Старая страшилка.
Однако юноша упрямо продолжил, чуть повысив голос.
— Мой дед служил тогда в единой армии и рассказывал, что у Темного был на службе демон и он…
— Пф-ф. Не говори чепухи…
— Заткнись! Не вечно же слушать твое нытье.
— Давай хоть раз его байку послушаем для разнообразия. Продолжай, парень.
Юноша мгновение колебался, а затем продолжил.
—
— Ее культ распался. Да, да старая история.
— Думаю, за это Темного стоит поблагодарить, мне доводилось иметь дело с этими фанатиками. И лучше иметь заляпанное тьмой солнце, чем слушать их сумасшедшие бредни.
— В этом ты не одинок, Великий Магистр Альбин лично приказал лишать языков всех членов культа. И насколько я помню, его приказ еще никто не посмел ослушаться. Вот живое доказательство. Да Мох?
— …
Темнокожий здоровяк проигнорировал его, лишь разломал пару сухих веток и подбросил их в костер.
Столп искр на миг выцепил из тьмы их похожие на предсмертные маски лица.
Тем временем старик, хлебнув из фляги опять влез в разговор.
— Ха! Тебя послушать парень так этот демон и был истинным бедствием, а не сам Темный! Ну и куда же он делся, когда его господин был повержен? Такая тварь коль вылезла с изнанки тихо сидеть не будет.
Парень нахмурился.
— Дед… Дед говорил, что сам же Темный и изгнал его в момент своей гибели. Чтобы тот не натворил бед без его присмотра.
— Твой дед тупой, суеверный болван так ему и передай! Как и все вы…
— Не могу. Он давно мертв, — юноша кисло улыбнулся, — а до этого был не в своем уме и вдобавок глух, с тех пор как упала та проклятая башня.
— Погоди ТА башня?
— Он был там?!
— Да. Башня Таури, объятая синим пламенем, черные небеса днем и горящие вместо облаков звезды. И крик. Столь ужасный, что после него наступила абсолютная тишина. Дед говорил, единственное, что он иногда слышит это эхо того крика. Когда он умирал, то последние его слова были:
«Я слышу его. Оно все громче и громче! Я вижу его. Синее пламя. Золотое пламя.
Юноша затих, а мужчины задумались, вслушиваясь в знакомую тишину.
Яволь был такой себе рассказчик, но что-то в его словах вызывало у них беспокойство.
— Бу! — Старик ткнул своего соседа в бок, отчего тот подпрыгнул.
— А-а! Старый болван, ты чего совсем из ума выжил!? Убери от меня свои лапы!
— Хе, экий ты неженка.
Все посмеялись с незадачливого товарища.
— Теперь все довольны? — Старик вылил остатки фляги в костер, и тот вспыхнул зеленым пламенем. — Послушали страшилку на ночь.
— А при чем тут …
Раздался шорох, привлекший всеобщее внимание.
«… это место и время?»
— Тшш! Тише, слышите?
Мужчины затихли, вглядываясь в темноту.
Они услышали… Нет, не эхо чудовищного крика. Гул.
Из кустов показался дозорный.
— Едут!
— Все по местам.
Четверо самых старых мужчин остались сидеть возле костра, было слышно, как стучат друг об друга деревянные амулеты на полах их шляп, когда они усаживались поудобнее, пряча оружие поглубже в мешковатые балахоны паломников.
Другие же скрылись в тени деревьев и за кустарниками. За ними ушли их тощие псы. Каждый занял заранее оговоренную позицию.
— Эй, босс? Тот мальчишка, о котором шла речь, он точно нужен нам живым?
— Нет, но не забудь забрать его глаза. Прекрасная Леди обещала
Смешок и кровожадная улыбка была ему ответом.
Звук приближающегося конного отряда становился все громче.
2.2 Пробуждение