Читаем Девочка из пустыни полностью

– В самом начале очень хотелось. И однажды, спустя полгода, решила бежать, когда стало ясно, что папа туда не придет. Но до этого я у тети Сарем выведала: в какой стороне проходит железная дорога. Это оказалось далеко, тетя догадалась о моих намерениях и стала пугать змеями, варанами в пустыне. Меня было не остановить: очень хотелось домой, к маме Я была уверена, что как-нибудь доберусь до железной дороги, и там буду ждать московский поезд. Когда он появится, то пойду к нему навстречу, при этом буду махать красным платочком. И однажды, когда тетя Сарем чистила бараньи шкуры, я взяла мешок и, положив туда бурдюк воды и три лепешки, ушла незаметно. Я боялась пустыни, но все равно шла и шла. А когда совсем устала, то легла на песок и сразу заснула. А между тем тетя Сарем закончила свою работу, помолилась Аллаху и отправилась меня искать. Она знала, куда я могла уйти, и вскоре отыскала мои следы. Она могла сама погибнуть. Но тетя нашла меня спящей на песке и очень обрадовалась. Когда мы пошли обратно, было уже темно. Куда идти, она не знала. Тогда тетя Сарем сказала, что мы будем сидеть здесь, пока дядя Касым сам не разыщет нас. Тетя обняла меня, и мы сидели так долго. Когда дядя с овцами вернулся домой и зашел в юрту, то решил, что нас кто-то украл. Он выбежал из юрты и стал смотреть на песок, пока не заметил наших следов. Тогда ему стало ясно: я убежала в пески, а тетя отправилась следом за мной. Дядя вскочил на лошадь и поскакал за нами. Он сам догадался, в какую сторону я могла уйти. Он ехал и в темноте все звал: «Сарем, Сарем». И только к утру мы услышали его голос. Так мы вернулись в юрту. В этот день дядя сильно ругал тетю, что она плохо смотрит за мной.

После моего побега Жасан привез в мешке большую змею. Он выпустил ее пред мной и стал дразнить, а змея бросалась на палку, кусала ее, била хвостом. Страшно стало мне. Затем он отпустил эту змею и пытался объяснить, что таких змей здесь много и не надо больше туда ходить. Таким образом он хотел напугать меня. И я стала бояться пустыни. Был еще случай, когда одна из дочек Юлдуз не заметила в песке очень плохую змею, мы называем ее танцующей, и та укусила ее за ногу. Девочка в тот же день умерла.

Брат Петя опять спросил:

– Ну а когда ты стала старше, разве не могла вернуться в Москву?

– Через шесть лет тетя Сарем выдала меня замуж, и я переехала к Жасану. А из стойбища Ибрагим-бобо вовсе не сбежать, да и с рождением детей начала привыкать к новой жизни. Жасан любит меня: никогда не бил, покупает мне дорогие вещи, хотя строг – одним словом, настоящий хозяин, живем в достатке. Не каждый сельчанин может этим похвалиться. И еще, – и тут сестра усмехнулась, – Жасан долгие годы не брал меня собой в поселок Чирак. Он все боялся, что в поселке я могу увидеть милиционера и рассказать о похищении. Это было смешно, ведь к тому времени я имела на руках троих детей. Но Жасан не хотел слушать меня. И лишь через десять лет взял собой в Чирак, который стал маленьким городком. Там есть кинотеатр, магазины, большой базар. С тех пор я стала иногда ездить туда, правда, одну он меня не отпускал. А когда женила первого сына, то смогла побывать в большом городе – это была Алма-ата – там к свадьбе сына сделала удачные покупки.

– А почему в Алма-ате не обратилась в милицию? – опять спросил брат.

– Тогда Жасана арестовали бы, и я одна не смогла бы вырастить столько детей. Ко всему же давно простила мужа и уже не держу на него зла. Когда я была молодой, не раз уговаривала Жасана отпустить меня в Москву, чтобы увидеться с родителями. В душе он был не против и все же боялся, что моя родня не простит его и сообщит в милицию. Я плакала и говорила: мои папа и мама не такие люди. А Жасан все боялся… Но больше всего его пугало, что я могу остаться в Москве.

И тут Валя не удержалась от негодования:

– Выходит, лет двадцать мою сестру держали в пустыне, как пленницу – ведь это дикость, варварство. Разве такое можно прощать? И это в наше время. Просто уму непостижимо! Да твоего Жасана расстрелять мало.

Мама попыталась успокоить дочь:

– Валя, не надо: не стоит ворошить прошлое. Уже ничего не исправишь. Лена, лучше расскажи, как за эти годы ты смогла сохранить родной язык? Удивительное дело, но у тебя довольно грамотная речь.

– Я читала и перечитывала русские книги, – улыбнулась Лена, и на лицах всех возникло недоумение.

– Откуда в пустыне взялись книги на русском языке? – спросила Валя.

– О, это забавная история! Когда я стала жить с тетей Сарем, то часто думала о доме и от скуки сочиняла всякие сказки, записывая их на песке. Так я придумала много сказок, где мои герои возвращались домой, в Москву.