Читаем Девяносто… полностью

Отопитель кузова в «Москвиче» был очень неудачный, слишком маленький и маломощный. В общем – отопление салона было продумано конструкторами очень плохо. Поэтому кроме тёплой одежды на ноги Нэли мы накинули небольшое ватное одеяло, а на себя она надела хорошую дошку. Я тоже оделся соответственно. Мы тронулись часов в 11 утра. Всё было хорошо, всё шло по плану. Кажется, это было в субботу, так как движение по тракту было не большое. Было не скользко, на проезжей части не было снежного наката. Доехали до места мы отлично, без каких-либо происшествий. Нас уже ждали, правда, мы слегка утомились, приехали, когда уже стемнело. Мы поужинали, чуть-чуть капельку выпили какого-то горячительного напитка и пошли прогуляться. Какая была красота! Все горы, деревья заснежены, ветра нет, тихо. Речка Кхынгарга замёрзла, но под коркой льда течет вода. Утром мы оделись полегче (хотя морозец был заметный) и по замёрзшему руслу пошли на водопад. Он тоже замёрз сверху, эта корочка льда была прозрачная от начала водопада до горизонтального течения реки. Мы стоим, под ногами лёд и хорошо видна текущая под ним вода. Сверху и сбоку – масса сосулек, под лучами солнца они сверкают, переливаются всеми цветами радуги – фантастическое зрелище! Потом мы погуляли по замёрзшей Кхынгарге, дошли до старых мельниц и пошли обедать – нас уже ждали гостеприимные хозяева. После еды мы немного отдохнули, чуть-чуть побродили по окрестностям, уже стало темнеть, мы подготовились к ужину и сну. Утром мы стали собираться в обратную дорогу. То да сё, рассвело, пошли заводить машины. «Москвич» Анчелевича завёлся сразу, а мой… ну никак, даже рычаг переключения скоростей как стоял в положении первой передачи, так и стоял «намертво». При выжатом сцеплении стартер даже не шелохнулся. Что делать? Разводить костёр под машиной? Мороз, наверно, уже за -35. Решили завести буксиром. Прицепили трос к автомобилю Анчелевича и на выжатом сцеплении моей машины стали дергать… Протащили мою машину по снегу метров так 5 – задние колёса не прокручиваются. Так провозились около 30 минут. Наконец, задние колеса стали чуточку поворачиваться, провозились ещё минут 15. Потом «зачихал» двигатель, ну и, наконец, послышались первые признаки устойчивой работы двигателя. Машина завелась. Мы, соответственно, переоделись, сложили вещи и тронулись.

В дороге у меня в карбюраторе постоянно застревал тросик открытия дроссельной заслонки карбюратора и мотор ревел, как дикий зверь – при отпускании педали газа обороты двигателя не сбрасывались. Приходилось останавливаться, открывать капот и рукой заталкивать тросик на место. Так за весь обратный путь приходилось делать раза четыре.

Наконец, ещё об одной поездке с Анчелевичем – на восточное побережье Байкала в Усть-Баргузин. Как-то летом – в середине июля – ехал я домой по улице Дзержинского и в районе рынка меня «тормознул» знакомый стоматолог Кудинов. Он стал расспрашивать меня, как я живу, что делаю и какие у меня планы. Я ему сказал, что собираюсь с другом (я имел в виду Анчелевича) поехать днями на Байкал до Баргузина. И вдруг он говорит, что в эти же края поедет из Улан-Уде один стоматолог отдыхать с женой – Виктор Андреевич Зыбин. «Зыбин, – сказал Кудинов, – очень хороший человек – главный врач городской стоматологической поликлиники, кандидат медицинских наук, достаточно влиятельный человек в Бурятии и если вам что-нибудь понадобится, то он всегда поможет – сошлитесь на меня». Я рассказал об этой встрече Анчелевичу, и мы на всякий случай взяли это на заметку.

Поехали мы на двух машинах – я с Нэлей и Володя с Викторией. Я помню, что взял с собой маленький автомобильный телевизор, фотоаппарат, какую-то книжку – и мы поехали. Ехали мы медленно, день был отличный, мы любовались трактом, останавливались в красивых местах, заночевали в лесу и назавтра приехали в Улан-Уде. В Улан-Уде у на было две задачи – посмотреть знаменитый памятник Ленину на площади Оперного театра и посетить семью Ефимовых – родителей Наташи – жены моего старшего сына.

Таких памятников вождю мирового пролетариата в СССР было два – один в Улан-Уде, а второй где-то в центральной России – в какой-то автономной республике. Памятник, действительно, запоминающийся. Не бюст, а одна большая голова. Огромная относительно самой площади.

В те дни мы съездили в Иволгинский дацан – посмотрели буддийский храм и дальше поехали по намеченному маршруту. Переночевали мы на озере Котокель – это маленькое озерцо справа от тракта (слева – Байкал), а утром после туристического завтрака потихоньку тронулись вперед. Днём мы уже подъезжаем к Усть-Баргузину. Поворот направо – и мы на другом тракте, который идет до северо-востока Бурятии – посёлка Багдарин. Но времени у нас не было, и мы только чуть-чуть проехали посёлок Баргузин и остановились на берегу реки. Место было очень красивое и, что интересно, нас угостил свежей рыбой, кажется, это был очень крупный хариус, проходящий мимо рыбак. После шикарного обеда мы поехали в обратный путь.