Читаем Девяносто… полностью

Я помню, что к тому времени Анчелевич построил дом в Маратовском предместье Иркутска. Ему выделили небольшой участок, на котором он поставил дом и гараж. Автомобиль Володя привел в идеальное состояние своими руками. Он разобрал машину до голого кузова, всё, что надо, смазал и собрал заново. Володя был одним из лучших автомобилистов города; у него были золотые руки, он владел сваркой, покраской, мог легко отрегулировать зазор в клапанном механизме, определить и поправить развал и схождение передних колёс, мастерски отрегулировать карбюратор. В декоративные диски колёс можно было смотреться как в зеркало. Его автомобиль был в идеальном состоянии. А «Волгу», что купил его отец, водила Ксения Прокопьевна – она получила водительское удостоверение. Володя был исключительно чистоплотен – дома у него всё было чисто. Отопление он провел от печки в кухне – радиаторы отопления стояли на первом и втором этаже. Спальные комнаты – на втором этаже. Столовая и кухня – на первом. В кухне было подполье для хранения консервированных продуктов. В подполье – чисто, до блеска. Каждая банка была помечена – срок изготовления того или иного продукта, варенья, маринованных грибов и т. д.

В компании с Володей мы ездили в конечный пункт Култукского тракта, на границу с Монголией в поселок Монды. Прямо перед глазами – поселок, а за ним возвышается снежная вершина – снег на ней лежит круглый год – гора Мункус-Ардык. Левая часть горы принадлежит Монголии, правая – России. Направо – начало дороги на север, в Нижнеудинский район Иркутской области, налево – на границу с Монголией, а прямо перед нами погранзастава. В направлении к границе находится обсерватория, относящаяся к Иркутскому институту солнечной активности АН РАН. Чтобы туда проехать нужен пропуск. У меня было письмо начальнику погранзаставы от заместителя директора этого института профессора Смолькова на въезд на автомашинах нашей группы. Мы осмотрели помещения, в которых находились телескопы, увидели протуберанцы, солнечные пятна. Зрелище очень интересное. Мы – в восторге. Вернувшись на заставу, мы поблагодарили начальника и поехали в обратный путь.

Второй раз мы ездили в Монды с нашим однокурсником Лёней Кораиди. Леонид Ставрович Кораиди на первых курсах увлекся патофизиологией, но потом ему понравилась нейрохирургия и он стал интенсивно ею заниматься. Закончив институт, он поступил в аспирантуру на кафедру нервных болезней, которой заведовал выдающийся человек и крупный учёный, заслуженный деятель науки профессор Ходос. Лёня защитил кандидатскую диссертацию и начал работать над докторской. Вскоре он стал деканом лечебного факультета, написал докторскую и защитился. Мы с Нэлей и сыном Сашей вместе с супружеской парой Кораиди и их двумя дочерями часто по воскресеньям ездили на лыжную базу мединститута. Хорошее было время.

В институте сменился ректор – вместо профессора Алексея Ивановича Никитина министерство назначило доцента кафедры психиатрии Михаила Александровича Рыбалко, а он ни за что не хотел давать должность профессора Кораиди, чем-то это он объяснял – не знаю. В это время в Иркутске уже был открыт институт усовершенствования врачей и Кораиди был принят профессором на кафедру неврологии этого института. Я давно не вдел Лёшу. Знаю, что после смерти жены – Алевтины – он сменил квартиру – переехал поближе к дочери и, наверно, ушел на пенсию.

Еще о паре поездок по Бурятии стоит рассказать. Вместе с Анчелевчем мы решили встретить Новый год на Аршане. Новый год все встречают дома, поэтому мы решили съездить встретить Новый год по старому стилю. На улице мороз – градусов под 25. Зимних сортов автомасел в Иркутске тогда не было. Был только нигрол (в коробке и заднем мосту) и автол для двигателя. Володя слил из этих агрегатов приблизительно по 300 мл нигрола и вместо него добавил бензин. Примерно такую же процедуру он проделал и с двигателем. Он утверждал, что это не испортит ни двигатель, ни задний мост, в двигателе бензин за такой пробег (450 км) выгорит, и когда мы вернёмся – он дольёт масло, а в заднем мосту он просто сменит нигрол. Я такую процедуру не стал делать, а зря – намучился, заводя автомобиль в обратный путь. В радиатор двигателя мы залили горячую воду, чтобы, приехав в Аршан, её слить, а утром, в тот день, когда мы будем уезжать, снова залить.