Читаем Девяносто триллионов Фаустов полностью

– Точно! Этими же самыми словами! Он мне почти стопроцентно предсказал, что здесь произойдет. Правда, мне было не совсем ясно, кто будут остальные двое, но я не удивилась, когда увидела их. Он сказал, что, пока вы все здесь, он может устроить кое-что, но не может заставить нас пролить кровь на ту глыбу. Он сказал, что я должна положить умирающую на камень, пока она еще дышит, и вместе с другой, убившей ее, смешать немного крови Молли и убитой. И если я так сделаю, то все. У меня останется тело, и я смогу зажить своей, настоящей жизнью. Сама все чувствовать, сама видеть, брать и трогать вещи, сама разговаривать, как сейчас. Он сказал, что мое тело не заболеет, не состарится и может протянуть столетия. Столетия! Как же я могла отказать ему? Особенно если учесть, что я понимала, прекрасно понимала, что это существо, ну… овладело мной – что я в полной его власти, если не сделаю, как оно сказало.

Капитан снова кивнул.

– Теперь понятно. Им требовался кто-то из Биржи, кто добровольно замкнул бы круг. Молли не годилась. Им нечего было ей предложить.

Джимми Маккрей уставился на Чина.

– Ты что, считаешь, что это на самом деле может быть Гриста? Да там не мог бы проскочить никто – ни одно живое существо! Ты не видел, насколько узок был проход.

– Это не имеет значения. Если господин Кинтара – тот, кем ты его полагаешь, то он заодно командует и живущими в том мире. Он мог просто приказать им пропустить ее.

– Но откуда он мог знать, как здесь все повернется?

– Ты чересчур наивен для такой работы. С самого начала нами манипулировали. Даже первые демоны, которых мы встретили, были невероятно могущественны, хотя и находились в заточении. Мой старый друг и товарищ, покойный Морок, понял бы, да вон и Джозеф тоже понимает. Кинтара – телепаты на порядок сильнее тебя; они также и эмпаты, причем к тому же способны подавлять и обманывать чувства других эмпатов. Нам запрещено развивать несколько Талантов, но теперь они у тебя есть. Послушание и иерархия Святых в Мицлаплане достигается могучей гипнотической силой, способной подавить любого из нас. Нами манипулировали, возможно, уже те два демона, чьи следы привели нас на этот путь. Они провели нас через многие испытания и проверки, чтобы выбрать наилучший для себя состав наших команд. Мы были так заняты, сражаясь друг с другом, что ничего другого не замечали и не давали себе труда подумать. Они сделали все, чтобы отсеять тех, кто мог им помешать и тех, кто почему-либо им не подходил, чтобы мы дошли досюда в том составе, который увеличивал бы их шансы.

– Слишком много неизвестных, – возразила Тобруш. – Это невозможно!

Джимми Маккрей вздохнул.

– Это невозможно для нас, но это дает хорошее объяснение всем нашим древним верованиям, ритуалам и культам – не зря же у нас появилось слово «дьявольский».

– Что же у них за ум! – воскликнула Модра.

– Действительно, – согласился Чин. – Представьте себе, как они договаривались со своими противниками, как они томились в заключении тысячи, может быть, десятки тысяч лет. Они дождались, пока их враги не ослабли, пока не исчезла сама вера в их существование, не говоря уж о знании каких-то их уязвимых мест. Это чудовищный, адский план, вполне отвечающий их репутации. Целая раса уходит в стазис, останавливает собственное развитие, чтобы пережить своих врагов! Но они не достигли цели. Потомки их древних врагов по-прежнему живы и правят, и не все знания потеряны, потому что империи разрослись настолько широко, что национальные культуры, особенно в Бирже, тщательно сохраняются. Может быть, таков и был ответный план союзников. Биржа сохраняет древние культуры, Мицлаплан создает оплот добра, святую сверхцивилизацию, которая достаточно знает врага, чтобы забить тревогу, как только он объявится снова. А Миколь предоставляет ударные силы, закаленные в боях и не менее яростные, чем сами Кинтара. – Он вздохнул. – Давайте используем тот механизм, подкрепимся и утолим жажду. Тогда и решим, что делать дальше.

Система работала, к восторгу Гристы, но когда они попробовать сделать что-либо кроме пищи, у них ничего не вышло, как и говорил князь демонов. Ган Ро Чина это скорее успокоило.

– Значит, это просто машина, – сказал он.

Модра подошла к Крише, которая встретила выпавшее им испытание неестественно тихо. Святая выглядела измотанной и потрясенной, даже несколько напуганной. Они все испытывали страх, но как необычно было видеть его в этой всегда такой спокойной, уверенной в себе девушке!

– Мы все понесли потери, – сочувственно сказала Модра.

– Я страдаю не из-за этого. Они видят темнейшие уголки души, те, куда мы и сами не заглядываем. Вот в чем их истинная мощь. Тот князь, когда он говорил обо мне, позволил мне – и только мне – увидеть свой замысел относительно меня.

– Да, им здорово удалось тебя напугать.