Читаем Девяносто триллионов Фаустов полностью

– Дадим ей пару минут, – предложил Джимми. – После это будут уже ее проблемы, не наши. Я думаю, мы еще походим тут, пока не заблудимся или нам не надоест, а потом пойдем в центр Города. К той огромной пирамиде. Нет никаких сомнений, что это и есть центр – не только по расположению, но и потому, что она заметно отличается от всех остальных зданий. То место, «куда, как ясно каждому, мы все все равно придем».

Они согласились с планом. Ган Ро Чин потратил несколько минут на то, чтобы осмотреть как следует ближайшее здание.

– Гладкое как стекло, – заметил он, глядя на свое отражение в отполированной поверхности. – Ого! А я выгляжу хуже, чем я думал!

Маккрей подошел к нему.

– А мне так кажется, что я выгляжу в точности настолько плохо, как я думал, – сказал он, посмотрев на собственное отражение. – Вот интересно, как они входили и выходили из этих штук? Во всех остальных их строениях, по крайней мере, были двери. Может, надо спуститься на первый этаж? Или здесь у разных зданий входы на разных этажах, чтобы равномерно распределить движение?

– Вряд ли. Иначе зачем было прокладывать короткий путь от дороги прямо сюда?

Маккрей коснулся поверхности. Гладкая, прохладная. Обернувшись к капитану, он сказал:

– А может, надо просто пожелать войти? Я ожидал увидеть какие-нибудь знаки на этой штуковине, подсказки, что ли, но что-то я пока ничего такого не видел. – Он подошел ближе, прислонился к стене и… провалился внутрь.

* * *

Тут же подбежали остальные.

– Что случилось? – крикнула Модра капитану.

– Он просто прислонился, вот здесь, – Чин стукнул по стене; она была твердой, – и вдруг провалился. Как вы думаете, возможно, то же самое случилось с Калией?

Неожиданно Джимми Маккрей вышел из стены, как будто прошел сквозь материю.

– Дьявольская штучка, а? – хмурясь, заметил он. – Я минуты две убил, пока понял, как из нее выйти.

– Как? Как тебе это удалось?

– Ты вроде как представляешь, что ее тут нет, и просто идешь. Кстати, я вас видел изнутри, правда, смутно. Выход отмечен желтым цветом, но снаружи не заметно.

Чин постучал по стене в том месте, где только что появился Джимми – она издала глухой звук. Джимми усмехнулся, повернулся и еще раз вошел в стену.

– Если с Калией и в самом деле случилось то же самое, то ей должно быть очень не по себе, – заметила Тобруш. – Возможно, она пытается выбраться. Ее должен приводить в замешательство вид Маккрея, спокойно проходящего туда и обратно.

Джимми вскоре вернулся.

– Просто идите, как будто здесь ничего нет, вот и все. Правда, там внутри жутко холодно, еще хуже, чем здесь.

Конечно же, они все попробовали. Ган Ро Чин пожал плечами, ступил в стену и был таков, но Модра и еще кое-кто уперлись в стену.

– Трудно игнорировать собственные чувства, – заметил Джимми. – Если думать, что впереди стена, то так и будет. А если думаешь, что гуляешь, как обычно, то пройдешь.

Наконец, Модра справилась и обнаружила себя в большом зале. Из пола как будто вырастал огромный крыловидный стол, а за ним, на подставке, стоял очень большой стул, рассчитанный на крупное двуногое существо, но явно не на человека. Казалось, из зала не было выхода, но в стене светились трубки, расположенные где-то на трехметровой высоте – горизонтальные и вертикальные линии различных цветов и оттенков.

Ган Ро Чин прошел через дверь, отмеченную горизонтальной сине-зеленой линией.

– Это их вариант универсальной системы знаков, – объяснил он. – Горизонтальные – это переходы между различными, скажем так, кабинетами. Вертикальные, полагаю, ведут на другие этажи. Как и на станциях, здесь нет необходимости в обычном транспорте. Но, учитывая, что все выходы, помеченные параллельными линиями, справа, а все горизонтальные слева, я предполагаю, что это и есть их система мгновенного перемещения. Да, им определенно не нужны лестницы и лифты.

Он подошел к массивному столу со стороны стула и осмотрел крышку.

– Любопытно.

Он положил руку на какую-то точку стола, и Модра с изумлением увидела, что над дверьми появились совершенно другие цвета.

– Простая система, если знать, как она устроена, – объяснил капитан. – Здесь сидит секретарь, ты говоришь ему, к кому ты идешь, и он нажимает нужную комбинацию цветов на пульте. Свободная дверь переключается на нужное место. Гениально, если у тебя есть руки.

Некоторые уже вышли сквозь стену наружу, но Модра все еще стояла рядом с капитаном, смотря на, или вернее, сквозь пульт.

– Ты думаешь, все их машины такие?

– Вероятно, – отвечал он. – Более сложные, наверно, оснащены детектором голоса, или даже мыслей, а все действия постоянно протоколируются и записываются. Это явно деловой офис, со многими и многими служащими и посетителями. Но в какой области они вели дела, я боюсь даже предположить. Даже если мы доберемся до подобных протоколов, мы наверняка ничего в них не поймем.

– Все это очень интересно, но я ужасно замерзла, – пожаловалась она. – Я пойду наружу, если смогу.

Он кивнул, и вскоре они все уже стояли снаружи.

– Мы загнемся от переохлаждения, если будем надолго оставаться внутри этих зданий, – заметил Джимми.