Читаем Деньги, девки, криминал полностью

Одним из главных виновников появления компромата на Скуратова называли управляющего делами Генеральной прокуратуры Назира Хапсирокова, которого Юрий Ильич называет «завхозом». В прокуратуре этого предприимчивого человека также величали Хапсом. Скуратов вспоминает, как в январе 1999 года Хапсироков пришел к нему с конфиденциальным разговором. «Юрий Ильич, наш разговор — под секретом, — сказал “завхоз”. — У меня есть точная информация: на вас собран большой компромат, поэтому вам надо из генпрокуратуры уходить».[132] Скуратова возмутил не столько сам факт сбора компромата (к чему он был морально готов), сколько поведение «завхоза», который предложил генеральному прокурору уйти «по-хорошему». Юрию Ильичу стало понятно, что Хапсироков начал этот разговор не по собственной инициативе, а был кем-то подослан. Скуратов тогда еще не знал, что близким другом Хапсирокова является банкир Ашот Егиазарян, которого называют организатором скандальной видеозаписи, запечатлевшей «человека, похожего на генерального прокурора», в постели с проститутками. Не исключено, что Хапсироков принимал личное участие в изготовлении компромата на Скуратова, то есть был соавтором «художественного произведения», попавшего на стол руководителю администрации президента Николаю Бордюже.

В прессе был даже назван точный адрес, где якобы проходили регулярные встречи генерального прокурора с девочками по вызову — дом 3/9 по улице Большая Полянка. Эта квартира была приобретена «Уникомбанком» для Сурена Егиазаряна, брата банкира Ашота Егиазаряна. В разгар расследования Генеральной прокуратурой громких дел фирма «Конус», которая охраняла Национальный резервный банк Александра Лебедева, начала слежку за членами семьи генпрокурора Скуратова — кто где бывает, с кем встречается… Банкир Лебедев был многим обязан главе Центробанка Сергею Дубинину, и враг у них был сейчас общий — прокурор Скуратов, который обложил руководителя главного банка страны со всех сторон. Однако ничего криминального и порочащего в жизни прокурорской семьи выявлено не было. Но результаты наружного наблюдения просочились в Интернет. Юрий Ильич Скуратов обратился в Министерство внутренних дел, и милиция быстро вышла на фирму «Конус». Прямых улик о том, что именно Лебедев пытался найти компромат на Скуратова, найдено так и не было. Об участии Александра Лебедева в кампании по дискредитации Скуратова убежденно говорил банкир Ашот Егиазарян: «По моим сведениям, Юрия Ильича поставили в известность, кто автор этой пленки и кто ей помог попасть на телевидение. Об этом уже написали многие газеты. Кстати, в материалах уголовного дела, возбужденного Главной военной прокуратурой по фактам вмешательства в личную жизнь генпрокурора, есть данные о том, что глава НРБ Александр Лебедев не раз обещал Юрию Скуратову представить на него компромат, если тот будет слишком усердствовать в расследовании дела НРБ. Если вы помните, первые неприятности у НРБ начались летом 1997 года. Когда Генпрокуратура провела обыски в офисе банка и на квартирах его руководителей. И аккурат тогда же в прессу попала пленка, запечатлевшая банные развлечения тогдашнего министра юстиции Валентина Ковалева с девочками… Обыск по уголовному делу Скуратова был проведен именно в помещении службы безопасности НРБ. Наконец, первая публикация о “прегрешении” Скуратова появилась в подконтрольной НРБ “Новой газете”. В статье содержались такие подробности, которые не были известны даже расследующим это дело работникам Генпрокуратуры».[133] В своей книге «Исповедь бунтаря» Борис Немцов не называет имя Александра Лебедева, одного из организаторов скандальной съемки. Но пишет, очевидно, именно о нем: «Прокурор так достал предпринимателя своими просьбами и оргиями с молодыми девочками, что тот решил искать защиты у президента».[134]

После встречи с Николаем Бордюжей, на которой Скуратову показали скандальную пленку, генеральный прокурор решил взять тайм-аут и лечь в больницу. Ему о многом надо было подумать. В Центральную клиническую больницу Скуратову позвонил Примаков:

— Юрий Ильич, надеюсь, вы не подумали, что я сдал вас?

— Конечно, нет.

Пока Скуратов находился в больнице, в Совет Федерации был внесено предложение президента об отставке генерального прокурора. Администрация президента спешила расправиться со Скуратовым, команда Ельцина надеялась, что удастся убрать прокурора по-тихому, с помощью компромата. Но сенаторы недоумевали — причины отставки казались туманными, тем более им было известно, что Скуратов находится на больничном. Предложение Ельцина было отвергнуто.