Читаем День мертвых полностью

Стата промолчала, и Мардеру подумалось, что футболки футболками, а его дочери может быть неприятно внимание, которое он уделяет хорошенькой посторонней девчонке.

– Жаль, что тебя не было, – добавил он.

– Ну, как я уже сказала, это не мое. И вообще, мне нравится общаться со Скелли. Он веселый.

– Правда? Когда мы с ним в последний раз выбирались в свет, было не больно-то весело. Он снес головы двоим людям.

– Шутишь.

– Если бы.

И он кратко пересказал ей случившееся в Истапалапе.

– Что ж, – протянула Стата, – похоже, у него не было особого выбора.

– Верно, но если ты оборвал две человеческие жизни, это должно как-то на тебе сказаться – после боя, когда спадает горячка и начинаешь осознавать свои действия. А его вообще никак не задело – улыбался, острил, как будто окурок затоптал или букашку. Я вот до сих пор не могу поверить, что пару дней назад застрелил несколько человек, и когда думаю об этом, меня мутит. Это ведь ненормально.

– Может, ему к такому не привыкать. Может, он киллер международного класса.

– Не бывает таких. Насколько знаю, еще ни одного надежно защищенного человека не убрал профессионал. Денег на этом не сделаешь. Если хочешь кого-то устранить, нанимаешь пару подростков, которым на все чихать. Нет, мне кажется, он и в самом деле занимается безопасностью. Только охраняет плохих людей – наемников для них подбирает и так далее. И я не могу понять, почему он до сих пор со мной. Ну серьезно, какой ему интерес?

Из переднего конца салона донеслось девичье хихиканье и громовой хохот Скелли.

– Если он продолжит клеить эту девочку, я его убью, – проговорил Мардер.

– С какой стати тебя это беспокоит? Ты за нее не отвечаешь, а она, судя по тому, что я видела, вполне способна позаботиться о себе, и невинной овечкой ее тоже не назовешь. Ну в самом деле, пап, – ты же ей не отец. И кстати, если он начнет ее жарить, то все перестанут думать, что это делаешь ты.

Мардер в изумлении уставился на дочь.

– С какой стати они так думают?

– С такой, вероятно, что ты чартерным рейсом повез ее в Мехико, чтобы накупить ей дорогих шмоток и представить самому известному телепродюсеру в стране. Зачем тебе дарить ей бюстгальтер «Ла Перла», если не ты будешь его стягивать?

– Погоди… об этом говорят в Колониа-Фелис?

– Разумеется. Ты солнце, вокруг которого вращается их жизнь. Ты patr'on. С твоим настроением считаются так же, как с погодой. Когда ты хмуришься, набегают тучи…

– Кармел, перестань!

– Это правда. Я думала, ты для того сюда и приехал – чтобы стать большим человеком на маминой родине.

– Ты и вправду так думала? Что я такого сказал или сделал за всю твою жизнь, чтобы ты заподозрила во мне такие желания?

– Ничего. Но я думала, ты спятил, не забывай.

– А сейчас?

– Не знаю. Присяжные до сих пор совещаются. Ну сам посуди, сегодня мой папа редактор в Нью-Йорке, а на следующий день феодал в Мичоакане. К такому не сразу привыкаешь.

Еще один взрыв веселья на передних сиденьях.

– А насчет приятеля твоего я согласна. Тоже не могу понять: чего ему надо? Почему он тут околачивается, зачем ему все эти проблемы?

– Ты его спрашивала?

– Да. Он сказал, что просто хочет помочь другу.

– Но…

– Перевезти вещи на новую квартиру, одолжить машину, пустить человека переночевать – вот как помогают друзьям. А не забрасывают собственную жизнь, чтобы установить им навороченную систему безопасности и стрелять в людей. Ты и не представляешь, чего он накупил, – средства наблюдения и связи на десятки тысяч долларов, не говоря уже про целую частную сотовую систему. И готова поспорить, вчера утром вы с ним тоже ходили за покупками.

– Он ходил. Я ждал в машине.

– И что он купил?

Мардер подумал, а не прикинуться ли дурачком – чтобы вывести Кармел из круга причастных, уберечь от последствий, которыми грозили приобретения Скелли, но в конце концов отбросил эту идею. Мардер был не из тех отцов, что всю жизнь держат дочерей за беспомощных малюток. Иногда ему казалось, что это слегка неестественно, но так уж вышло.

– Тяжелое вооружение военного образца. Часть того, что было обещано тамплиерам в обмен на защиту.

Мардер счел уместным умолчать о «белом китайце», поскольку, по официальной версии, ничего еще о нем не слышал.

– Думаешь, риск оправдан? Кажется, эти ребята достаточно опасны с мачете и пистолетами из американских магазинов.

– Не знаю. Скелли отвечает за безопасность. И я думаю, что в этой конкретной ситуации ему нет равных.

– В какой еще ситуации?

– Когда народ страдает от жестоких угнетателей, но не желает с ними мириться. К этому Скелли и готовили; в этом он разбирается как ни в чем другом.

– Ну что ж, надеюсь, получится лучше, чем во Вьетнаме.

При этих ее словах в мозгу Мардера что-то щелкнуло, и он понял, почему Скелли не уезжает и прикладывает столько усилий, чтобы уберечь Колониа-Фелис от злых сил. Он пытается искупить старые промахи, ту легкость, с которой его армия и его страна бросили хмонгов сорок лет назад. И разрушение Лунной Речки.