Читаем День коронации полностью

– Новая знать, в противоположность «Реставраторам», всегда считала монархию запасным вариантом, рассматривая проект «Государь» как подстраховку на будущее. Они до конца старались приспособить президентский строй под нужды кланов и поэтому тормозили запуск проекта. И все же одиннадцать лет назад был достигнут компромисс – стартовала программа наблюдения за кандидатами. Были выбраны участники – от младенцев до мужчин среднего возраста – с высокими индексами родства. Все понимали, что время еще не пришло. Государя надо или воспитать, или, в случае взрослых, подготовить по ряду вопросов. Новая знать не была готова к смене власти, но кое-как согласилась на такой «горячий резерв», если вдруг запахнет жареным.

– То есть сейчас они созрели?

– Буквально умоляют «Реставраторов» начать активные действия по переходу к царской власти.

– Бог вам в помощь, – Илья хлопнул себя по коленям. – Я уже понял, что могу курить в сторонке, но хотелось бы посмотреть других кандидатов.

– Обязательно, – кивнула Ламия. – Но прежде расскажу про критерии отбора. Когда дело доходит до выбора будущего царя, «Реставраторы» ведут себя как женщина, присматривающая жениха, – чтоб был умный, красивый, офицер и герой. Чтобы происходил из Рюриковичей или Гедиминовичей. Чем знатнее, тем лучше.

– Я-то из каких? – спросил Илья.

– Настоящая твоя фамилия Орлов. «Бояре» делали так, чтобы в проекте «Государь» сохранялась не только знатная кровь, но и благородные фамилии. Но повторюсь, в тебе намешано множество благородных кровей. Родовитость – основной фактор при выборе будущего царя, но не единственный. Истинный государь должен себя проявить.

– Как?

– С хорошей стороны. Сделать что-то, что показало бы, что он достоин. Что он избранник Божий… Ты вот за свою жизнь что сделал? Скафандры починял? Кошкодевочек ловил за деньги?

– Я был не в курсе про подвиги, – насупился Илья.

– Дядюшке спасибо скажи. И тут мы переходим к третьему пункту – воспитание и образование, – похоже, Ламия решила добить мальчика. – Будущий государь должен быть человеком благородных занятий. Технические, купеческие и ремесленные темы исключены. Это или военный, или дипломат. Государственный человек, чего-то достигший на своем поприще… Когда дядюшка Римус отправлял тебя стоять у станка, курьерить или давал тебе иные позорные для благородного человека занятия – он вредил тебе как кандидату.

– Не будем пинать покойного, – попросил мальчик. – В чем-то он был не прав, но он был единственным близким человеком для меня.

– Хорошо… Все еще хочешь посмотреть других кандидатов? Или с тебя хватит?

– Посмотреть, – хрипло ответил мальчик.

– Первый и самый вероятный кандидат – Александр Графен. – Ламия вывела на дисплей фото красивого мужчины в форме. – Ему под сорок. Фамилия Оболенский, но в народе прозвали «Графен», потому что «в воде не тонет и в огне не горит». Дважды Герой России. Ветеран Русско-Хеленмарской войны за колонии, участник многочисленных приграничных стычек. Полковник космодесанта… Сейчас уже, наверное, генерал. Его постоянно повышают. Подвиг за подвигом. Истинный патриот. Очень набожный. Состоит в церковном браке, и у него четверо детей, все мальчики. Женщины по нему так и сохнут. В общем, вписывается идеально. Церковь поддерживает его открыто. Патриарх – его духовник.

– Следующего, пожалуйста, – мрачно попросил Илья.

– А вот смотри, это современный Грибоедов. Ему пятьдесят. Уже не особо желательный возраст, но допустимый. Монархисты хотят видеть на троне свежего мужчину, который будет править долго. Но у этого кандидата тоже есть наследники мужского пола, так что все отлично. Официально имеет дворянское звание – весьма достойная родословная, даже без вмешательства «Бояр». На дипломатическом поприще достиг блестящих результатов. Смог выбить из перемирия с Хеленмаром максимум территориальных уступок. Его называют «ферзем российской дипломатии». «Реставраторы» от него в восторге. Он их кандидат.

– Следующий.

– Твой ровесник. Победитель международных математических олимпиад. В одиннадцать получил медаль Филдса за разработку математического аппарата управляемых порталов в пространстве Минковского-Накамуры. Но его главная страсть – теория игр. По собственному признанию, никогда не был побежден в шахматах или чем-то подобном – его математический гений позволяет достигать ничьей даже в самых невыгодных позициях. Сторонник мирного сосуществования базовых и постлюдей. Его высоко ценят ученые и экономическая элита. Он их кандидат.

– Много еще? – удрученно пробормотал Илья.

– Осталось шестнадцать. Устал?

– Это изнуряет.

– Понимаю, – вздохнула Ламия. – Я быстренько всех покажу.

И показала – умных, красивых, успешных, знаменитых, богатых и влиятельных, молодых и не очень. Каждый из них перечеркивал Илью и всю его жизнь, как что-то напрасное и ненужное.

– Я понял, спасибо, – сказал он, когда она закончила. – Высади меня, я пойду. Не знаю, зачем ты меня спасла. Я вложение, которое точно не окупится.