К вечеру они, наконец то, приехали в Новый Рим. Городок, на самом деле, оказался совсем небольшим. По сравнению с Центраполисом это и вовсе было захолустье, вот только, правда, захолустье чистое и аккуратное. Кварталы рабовладельцев их встретили одно и двухэтажными домами с белыми стенами и красными, черепичными крышами. На улицах росли апельсиновые деревья. В окнах кабаков и борделей горел свет и оттуда слышалась музыка, крики и песни пьяных солдат, а также громкий смех девиц лёгкого поведения. Война, казалось, совершенно не затронула это место. Городок был словно каким то музейным экспонатом, в нетронутом виде сохранившимся здесь с девятнадцатого или двадцатого века.

Повозка подкатила к зданию железнодорожного вокзала и остановилась. Навстречу им, тотчас, выбежал какой то человек с факелом и, узнав среди прибывших владельца каравана, раскинул руки и бросился вперёд, чтобы поприветствовать старого приятеля.

— Дружище, давно я уже тебя не видел, старый ты лис. Как поживает наша прежняя столица? Как поездка? Как прибыль?

— Неважно.

Человек с факелом внезапно остановился и, опустив ладони, с тревогой посмотрел на своего друга.

— Что, совсем всё так плохо?

— Совсем. Торговля с Центраполисом больше не приносит прежней прибыли. Вот полюбуйся, — торговец обернулся и кивнул головой в сторону своего нового раба, неспешно выбирающегося из повозки, — Они всучили мне его в качестве платы за товар. И где они только смогли откопать такого полоумного? Не знаю, даже, как я объясню сегодня всё это Полосатому.

— Сегодня лучше уже ничего не объяснять. Злой как собака. Скоро заканчивается сезон сбора урожая и начинаются гладиаторские бои, а у него не хватает бойцов. Подумать только — четверо других королей и сотни рабовладельцев помельче съедутся со всей долины в Новый Рим только для того, чтобы посмотреть на пустую арену Колизея. В последние дни даже самые приближенные из аристократов боятся заходить в дом Полосатого. Говорят, он сидит там мрачнее грозовой тучи.

— Значит точно убьёт. Причём, уже сразу на пороге.

— Не спеши так быстро себя хоронить. Сейчас что-нибудь придумаем, — управляющий вокзалом обернулся и, оценивающе посмотрев на крепкую фигуру и мускулистые руки нового раба, вдруг, едва заметно улыбнулся, — И где, говоришь, ты достал этого бледного альбиноса?

— В Центраполисе.

— Как тебя зовут, парень?

Вместо раба тотчас ответил его хозяин:

— Он не знает. Вообще ничего не знает из того, что произошло с ним пару месяцев назад.

— А, что если сказать Полосатому, что ты привёз ему нового гладиатора? Малыш вроде не выглядит полным дистрофиком.

— Думаешь получится?

— А почему бы и нет. Колизей наполовину пуст и в ближайшее время в нём врят ли появится достаточно добровольцев, готовых убивать друг друга на потеху зрителям.

В ответ торговец лишь неуверенно пожал плечами.

— Делай, что хочешь.

Услышав это, управляющий вокзалом снова обернулся к рабу и, подняв вверх свой пылающий факел, осветил ему лицо.

— Слушай меня внимательно, малыш. Я сейчас просто предложу тебе два варианта, а ты уж сам выберешь какой из них тебе больше подходит. Вариант первый: завтра с утра ты отправляешься на хлопковую плантацию и будешь там, от заката до рассвета, под палящим солнцем таскать тяжёлые тюки, каждую минуту… каждую секунду проклиная тот день, когда ты родился на этот свет. Вариант второй: ты тотчас получаешь полную свободу внутри города, каждый день тебе будут приносить нормальную еду, а иногда даже приводить женщин. Цезарь Полосатый покровительствует гладиаторам. Когда-то, ещё до того как стать хлопковым королём, он и сам сражался на арене и поэтому он хорошо заботится о своих бойцах. Кстати, если сможешь пережить эти бои, то до следующего сезона, а это почти целый год, будешь и вовсе жить райской жизнью. Выбор достаточно очевиден. Впрочем, никто здесь не будет тебя принуждать, так как по правилам гладиатором может стать только доброволец.

Несколько секунд раб принимал решение, после чего, наконец, обернулся и утвердительно кивнул головой.

— Жизнь бойца для меня подходит больше чем жизнь сборщика хлопка.

— Вот и замечательно. А теперь ступай. Мои люди отведут тебя в бараки Колизея. До начала боёв остаётся ещё несколько месяцев и за это время ты сможешь там, как следует, отдохнуть и потренироваться.

Когда он ушёл, недавний хозяин ещё долго и с явным беспокойством смотрел ему вслед.

— Думаешь, из него и вправду что-нибудь получится?

— Сомневаюсь, — управляющий вокзалом опустил свой факел и по дружески похлопал торговца по плечу, — Знавал я таких и раньше. Сдохнет в первом же бою. Впрочем, даже и такой «гладиатор» как он, уже гораздо лучше чем вообще ничего.

♦ ♦ ♦