Патриаршие притихшие по сравнению с летними вечерами, но на лавочках то и дело встречаются поздние компании, которые прячут пиво под куртки и травят байки. Кирилл внимательно оглядывается и идёт вдоль прудов. Входов вообще-то несколько, но он идёт к тому, что ближе всего к Садовому.

На часах одиннадцать.

Он замечает на нужной лавочке тёмную фигуру: чёрная толстовка, джинсовая жилетка, джинсы все в булавках. Лица не видно: натянут капюшон. Усевшись рядом, Кирилл закуривает и ждёт, ощущая себя как-то странно.

– Слушай вой волков, – голос хриплый, непонятно, мужской или женский. – Так ведь?

Сигарета едва не падает, а Кирилл закашливается. Вот этого он не ожидал. То есть ему не послышалось?

– Да, – подтверждает он. – Почему Патрики?

– А где ещё в Москве разговаривать с неизвестными? У меня мало времени, так что скажу быстро: выясните больше про магию крови.

– Это ещё что такое?

– Просто узнайте, окей? Я и так рискую, мне не до лекций. Когда-то был маг, милин, который исследовал магию крови. С её помощью можно смешивать стихии. Или отнимать их.

– Можешь рассказать больше?

– Ладно. Но быстро. Магия крови позволяет воздействовать на наши стихии. Кровь – основной источник волшебства, и его можно отнять. Лишить нас огня, земли, воды или воздуха.

Кирилл замирает.

– Или смешать их. Вот так. Я не могу сказать больше. Прости.

Незнакомец – или незнакомка – поднимается и явно хочет уйти. Вскочив следом, Кирилл хватает за рукав и едва не получает кулаком в лицо. Увернувшись, он от неожиданности отпускает толстовку, и фигура тут же срывается с места, убегая с Патриков. Наверное, он мог бы догнать… но, чёрт возьми, он устал! Да и если эта встреча была опасной для их неожиданного союзника, лучше оставить как есть.

Магия крови, значит. Кирилл смотрит, как в пруду отражаются рыжие пятнышки фонарей, и думает, что ему это совершенно не нравится.

<p>Глава 13</p>

СЛУЖБА СТРАЖЕЙ, ОКОЛО ДВУХ ЛЕТ НАЗАД

Шорохов тяжёлым шагом мерил полутёмный кабинет в окружении всполохов пламени, отстукивая тростью каждый шаг. Процедил сквозь зубы:

– Он что сделал?

– Заключил сделку с тенью.

Николай стоял, заложив руки за спину и не обращая внимания на болезненные ощущения от ссадин, полученных в схватке с десятками созданий. Куда резче и острее ныло правое запястье. Продолжил:

– Теперь его магия сплетена с хаосом.

– Я отправил вас, – Шорохов чеканил каждое слово, – чтобы вы изучили глубокие тени, о которых мы почти ничего не знаем! А не чтобы вы ставили сомнительные эксперименты!

– Да? А я думал, вы хотите, чтобы один из нас сдох, – ледяным тоном заметил Николай.

Шорохов остановился и медленно повернулся к ученику. «Бывшему», – сам себе напомнил Николай, спокойно выдержав колючий взгляд.

– Николай, ты отлично знаешь, что это не так. И ваш якорь… мало кто из стражей так делает. – Он ткнул тростью в правую руку Николая. Боль кольнула по свежим шрамам.

– Нет больше якоря. Кирилл разорвал связь почти сразу, как пришёл в себя.

Николай очень внимательно следил за выражением лица Шорохова, и не зря – едва уловимая тень облегчения мелькнула во взгляде.

– Зачем? – Шорохов тяжело сел в кресло и вытянул левую ногу.

– Потому что если однажды он сам не совладает с хаосом внутри, именно мне придётся его уничтожить. Сами знаете, Кирилл силён как сухри и как страж. Вряд ли кто-то ещё справится. А связь якоря может помешать.