Читаем Декомпрессия полностью

Рев потока, зажатого в узкую расщелину, оглушал. Перед очередным рывком они отдыхали на широком выступе – практически роскошном каменном плато. От края до края было метра четыре, и Маньяк позволил себе пройтись, чтобы полнее оценить возможные пути. На противоположном берегу было на что посмотреть. Водный поток, вырываясь из плена ущелья, заливал огромную бухту. Настолько большую, что противоположный берег терялся в тумане. Мысленно похвалив себя за то, что остановил свой выбор на этой стороне, дайвер разглядывал песчаный берег бухты, мелководье, на котором мерно колыхались три мертвых тела. На скалистых стенах темнели жерла водопадов, со всех сторон бьющих в воду.

Лента ближайшего водопада прервалась. Иссякла, с плеском уйдя в песок, и снова заполнила водой края темного провала. Вот этот водопад и приготовил сюрприз, словно только и дожидался зрителя, способного оценить будущее зрелище по достоинству.

Сначала у Маньяка просто кольнуло в сердце. Наверное, подсознание успело отметить знакомые черты того, что медленно вынес на свет божий мутный поток. Задержал у края, перевернул на спину и сбросил в мокрый песок. В следующее мгновение Маньяк застыл как громом пораженный: на берегу, раскинув руки, лежала Марго. Ее неподвижное, белое лицо заливали брызги.

Дайвер, ошалевший от удивления, не сразу заметил, как за его спиной возник Врубель. Как оказалось через секунду, они были не единственными свидетелями. Из водопада, проявляясь как виденье в кошмарном сне, выплыло лицо с огромными глазами. Потом показалась круглая голова со струящимися вниз стеклянными прядями.

– Русалка, – констатируя факт, сказал Врубель.

За то время, пока мысленный процесс успел сформироваться в короткое слово, в голове у Маньяка пронеслась настоящая буря. Девочка… бедная девочка. Он предупреждал! Он сделал все возможное и что? Теперь она мертва. Но, черт возьми, в его силах сделать так, чтобы поганый рот твари не коснулся хрупкой белой шеи! А эти мерзкие когти оставались подальше от нежного тела!

– Пистолет, – хрипло приказал – не попросил Маньяк.

– Ага. Сейчас, – насмешливый ответ не сразу дошел до дайвера. – С такого расстояния ты в нее не попадешь. Тут и я из пистолета промажу. Только отпугнешь. Надолго?

– Пистолет, – уже тише сказал Маньяк, оборачиваясь к Врубелю, стоявшему рядом.

– Разбежался. Тратить последние патроны на мертвую бабу? Я же говорил, что ты…

О чем именно пытался напомнить Врубель, осталось неизвестным. В следующее мгновенье, не тратя слов на уговоры, Маньяк резко обернулся. Чуть пригнувшись, с разворота, вложив в удар всю свою злость – не на рулевого, а на смерть, из многих тысяч готовых кандидатов выбравшую беззащитную и упрямую девочку – засадил кулаком Врубелю в челюсть. Тот оказался не готов к нападению – тем сокрушительней оказался нокаут. Маньяк уловил отблеск удивления, пока сильное тело падало навзничь. Еще несколько долгих секунд ушло на то, чтобы отстегнуть кобуру и прикрепить ремень к собственному поясу – не хватало выронить оружие при прыжке! Врубель хрипел, пытаясь что-то сказать. Изо рта текла кровь, пачкая зубы.

– Прости, друг. С меня должок.

На ходу бросил Маньяк. Он торопился. В голове царила пустота, там напрочь отсутствовали мысли о собственной безопасности. В него словно вселился бес. И этот враг рода человеческого, заставил его, уже застывшего на опасном выступе, всерьез рассматривать возможность перепрыгнуть на другую сторону.

Дайвер не рассчитывал действия. Не оценивал то, что нужно взять левее, где скалы подступают ближе друг к другу. Дьявол, засевший внутри, просто толкнул его тело вверх, и крик пришедшего в себя Врубеля Маньяк поймал уже на лету. Этот вопль «не смей, дурак!» буквально физически толкнул в спину. Иначе, чем еще можно объяснить то, что успело оценить его сознание: не получится. Он не долетит. И вдруг – словно крылья за спиной отрастил тот отчаянный возглас. Уже летел вниз, промахнувшись. Взмах руками – и как? Какими судьбами подвернулся тот выступ, на котором он и повис, отчаянно пытаясь удержаться? Мысли промелькнули и исчезли, когда он, подтянувшись, забрался наверх, срывая кожу до кости. Потом выбрался на уступ, упираясь коленями там, где на камнях темнели кровавые следы.

Девушка лежала на спине. Ее лицо и после смерти хранило упрямую маску. Глаза закрывали веки с синими прожилками, в углах губ прятались тени. Над ней склонилась русалка. Серые тонкие нити свесились вниз, постепенно закрывая лицо, заползая в нос, в уши.

– Оставь ее, сука, – с пистолетом в вытянутых руках Маньяк возник из-за выступа скалы.