Читаем Декомпрессия полностью

Дайвер посторонился, пропуская крепыша. Тот ступил с лестницы на бетон, тихим шорохом отозвавшийся на звук его шагов, и бесстрашно пошел в темноту. Ревниво наблюдая за тем, как уверенно парень идет, Маньяк двинулся следом.

– Что-то не так? – спросила Марго, обходя его.

– Все так. Надо торопиться.

– Я вижу, – бросила она. И непонятно было, то ли серьезно сказала, то ли с сарказмом.

За те несколько часов, что они не виделись, девушка сильно сдала. Убавилась решительность во взгляде, понуро опустились плечи. Она и двигалась как-то неуверенно, словно короткое пребывание в плену с единственной перспективой провести оставшуюся жизнь в рабстве, выбило опору из-под ее ног. Когда пятнадцатью минутами ранее дайвер распахнул дверь в каморку, где их заперли, сквозь шумную радость Робинзона и молчаливую благодарность Шефа проступило холодное равнодушие Марго.

Если так пойдет дальше, подумалось дайверу, то нахлебавшись дерьма, до Цитадели девочка не дойдет. Наступит на горло своей гордыни и бросится к нему на шею с просьбой «дяденька, забери меня отсюда». Маньяк усмехнулся, бодро шагая последним, дяденька был бы рад исполнить просьбу, только вряд ли ему это позволят.

Подземный переход, засыпанный песком, раздражал его. Живо напоминая тот коллектор, которым он пользовался, чтобы нанести визит Аленке. Он все время ловил себя на желании задрать голову. Стоило только подумать о том, какую толщу воды удерживает на своих плечах хрупкий потолок, как становилось не по себе. Чтобы отвлечься, Маньяк пускал луч света по кругу – с пола на потолок и обратно. Бетон украшали граффити. Буквы, абстрактные рисунки, изображение гениталий, просто мазня. Особенно впечатлила надпись, вполне реалистично сложенная из черепов. «Смерти нет». Он даже позволил себе мазнуть пару раз лучом света по стене.

Малочисленный отряд остановился у дверей. На этот раз едва приоткрытых.

– Все, – раздался голос Миклухи, особенно громко прозвучав под гулкими сводами туннеля. – Дальше по лестнице вверх и будет выход в предбанник. Там вода, практически по крышу. Но проход есть. Как раз до выхода под навес перрона. Там, скорее всего, ваша лодка.

Врубель согласно кивнул и жестом показал парню «иди первым, мы за тобой».

Глядя на то, как проводник на секунду не то чтобы замялся, но вдруг замер и ступил в щель, оставленную воротами, как в омут с головой, Маньяка задела неприятная мысль.

– Стоять. – Он дернулся вперед.

Врубель отреагировал мгновенно – железная хватка буквально выдернула Миклуху из щели. Не прерывая движения, он развернул парня лицом к дайверу.

– Не торопись, – Маньяк обогнул людей, ловя на себе недоуменные взгляды. – Ты ничего не хочешь сказать, мальчик?

– Да… вроде нет, – тот замялся. – Точно нет.

– Ни за что не поверю, что Партизан оставил так далеко лодки без присмотра. С моря легко туда подойти. Что же получается…

Он не договорил, до Врубеля смысл его слов дошел раньше. В ту же секунду горло парня сжал стальной захват. И нож сам собой прыгнул ему в руку.

– Убью, – голосом, полным реальной угрозы, сказал он.

– Я вспомнил! – Паника овладела багровым от напряжения лицом проводника.

– Слушаю.

– Там… скорее всего, будет двое наших.

– Двое? Ты ничего не забыл? Точно двое?

– Точно.

– Где?

– Как выйдем из предбанника, там, под навесом перрона справа, комната охранников. Скорее всего, они будут там.

Дослушав, Врубель притянул парня к себе и несколько секунд смотрел тому в глаза, потом рывком отбросил к стене.

– Присядь, парень, – понимая рулевого без слов, Маньяк стянул с себя ремень и, нагнувшись, крепко перетянул ему еще и ноги. – Ну вот, – довольный проделанной работой сказал он. – Далеко не уползешь. Если что не так.

– Если что не так, я вернусь, и пристрелю его.

– Еще что-нибудь мы должны знать? – спросил дайвер.

– Не… не знаю. Там предбанник весь затопило водой. Посередине глубина. Идти надо по бокам – там мостки с периллами.

– Это хорошо, что ты вспомнил. Ну что, мужики? – Дайвер обвел взглядом Робинзона и Шефа, застывших в боевой готовности.

– Готовы, командир, – без тени иронии отозвался Робинзон. – Я только… – начал он, но Маньяк его перебил, он обернулся на девушку, тоже стоявшую рядом:

– Ты останешься здесь.

– Я не останусь здесь, – тотчас возразила она. – Я пойду со всеми.

– Никуда ты не пойдешь. – Желваки на его лице дернулись от злости.

– Я такой же человек, как все. И имею право…

– Еще секунда и врежу тебе чем-нибудь по башке. В конце концов, в Цитадель тебя можно привези и в бессознанке.

– А что, – хмыкнул Врубель. – Это мысль.

– И не пыхти, как бешеный еж… Сидеть! – как собаке, приказал ей Маньяк, наблюдая за тем, как она решительно рванула за ремень АДС.

И она села, глотая невыплаканные слезы.

– Заодно и за этим ублюдком последишь, – уже мягче добавил он и посмотрел на Робинзона. – Что тебе? – Собственно говоря, это все, что я хотел сказать. – Добро.