Читаем Декомпрессия полностью

Один из спутников Партизана заворочался, встал и пошел к выходу на крышу супермаркета. Маньяк оглянулся, провожая темный силуэт.

– Эй, – шепотом позвал он темноту, – чего тебе не спится?

– В горле пересохло, – также тихо ответил парень.

– Вон фляга у Партизана торчит. Хлебни. От него не убудет.

– Нашел что посоветовать. Партизан потом уроет. Ничего. Моя тут рядом, в лодке.

– Рядом? Что-то не видно вашей лодки рядом. Вообще забыл спросить, откуда вы взялись? – ворчливо прошептал дайвер. – Заруби себе на носу, я ребят поднимать не буду, когда тебя спасать придется.

– Разберусь.

Маньяку показалось, что голос парня, в который вплелся шумный всплеск, раздался ближе, чем он ожидал. Но оглянуться дайвер не успел. Сзади на его шею накинули удавку и сжали до неприятного хруста в горле.

В ту же секунду ночь ожила. Все случилось практически одновременно. Маньяк хрипел, тщетно пытаясь освободиться, но тот, кто тянул за его спиной концы удавки, знал в этом толк. Вскочили люди Партизана, лежавшие у костра. Он сам с прытью, которой дайвер от него не ожидал, подскочил к Шефу. Тот открыл глаза и дернулся за ремнем АДС, когда его отбросил жесткий удар ногой в лицо. Надо отдать должное телохранителю – Партизан замахнулся, чтобы ударить еще раз. Но здоровяк перехватил ногу за щиколотку и дернул на себя. Нелепо взмахнув руками, нападавший опрокинулся на спину. Однако Шеф подняться не успел.

Сверху, со стороны лестницы, ведущей на верхние этажи, послышалась автоматная очередь, выбив под ногами корчащегося от боли Маньяка крупную щербатую дробь. Из темноты выступили люди в черном камуфляже. Двое из них оказались рядом с Шефом. Его ударили с двух сторон. Здоровяк отлетел к стене. Каким бы тренированным парень не был, но удары ногами в лицо и живот на секунду лишили его возможности сопротивляться. А потом стало поздно. В лицо ему смотрели черные дыры стволов.

Робинзон открыл глаза в тот момент, когда для него все уже было кончено. Отлетел далеко отброшенный автомат и парню пришлось подняться и отойти к стене, задрав руки.

Единственный, кто так и не успел ничего понять, был Врубель. Одновременно с нападением на Маньяка тому на голову обрушили тяжелый предмет. В разгоряченном схваткой мозгу дайвера отложилась мысль, что рулевого ударили куском мраморной плиты. Если так, то с ним можно было распрощаться. Как, впрочем, и с идеей спасения девочки, застрявшей в Цитадели.

Маньяк пытался ослабить хватку. В глазах играли в чехарду радужные пятна. Была задумка напрячься и подкатиться спиной под ноги парню, но резкий рывок удавки быстро объяснил ему то, чего делать нельзя.

– Легче, Вензель, – закряхтел, поднимаясь, Партизан.

– Стараюсь, – зло сказал парень. Он чуть ослабил хватку и Маньяку перепала пара вполне сносных глотков воздуха.

– Лучше старайся! Сдохнет, я тебя самого грохну.

– Все под контролем, – довольно хмыкнул парень. И это были его последние слова.

Марго, которую, по всей видимости, никто не брал в расчет, послушно стояла у стены, подняв руки. Парень в черном, державший ее на мушке отвлекся, обернувшись на слова Вензеля. В тот же миг крылом большой птицы мелькнула у девушки рука, выхватывающая из-за пояса пистолет. Дальше – больше. Марго несказанно удивила едва дышащего дайвера. Прежде чем оружие выбили из ее рук, она выстрелила. И единственной пулей, посланной практически в темноту, сняла Вензеля.

Маньяк отреагировал мгновенно. Он перекатился за широкую сваю, уходя с линии обстрела. Стреляли все, кому не лень. Тяжелые пули чертили дорожки, поднимая вверх каменную пыль. Слева на коленях стоял умирающий Вензель, прижимая руки к груди. Он валился вбок, когда Маньяк рванул на себя автомат с его плеча.

Бежать через крышу супермаркета в темноту не имело смысла. Как бы быстро он ни бегал, веером в столько стволов его заденут наверняка. К лестнице и лодке пути перекрыты. Оставалось одно – опять воспользоваться банкоматом, лежащим на боку и попытаться проскользнуть в дыру на потолке. Рискованно? Особенно после того, как он уже проделал этот путь на глазах у Партизана? Да просто самоубийство. Но другого выхода нет. Разве только сигануть в черную воду на радость кровожадным тварям.

Опять засвистели пули, прокладывая путь в темноту.

– Не дури, Маньяк! – громко сказал Партизан. – Выходи! Убивать тебя не собираюсь.

Дайвер быстро выглянул на голос. Но угасающий костер надежно скрывал и нападавших и заложников.

– Кстати, чтоб ты знал, выхода наверху нет. Вернее есть, но только один – в омут с головой. Но… ты же не захочешь брать на себя вину за смерть своих людей? Они мне не нужны. Но их смерти будут на твоей совести.

– С чего ты взял, что меня волнует судьба этих пацанов?

– Пацанов, может и нет, – веско сказал Партизан. – Но первой пущу в расход девчонку.

– Какую еще девчонку? – зло спросил Маньяк, надеясь на чудо.

– Вот эту самую. Короче. Долго возиться мне не досуг. Скоро рассвет. Считаю до трех и пальну ей в башку. Раз.

– Зачем я тебе? – чтобы потянуть время спросил Маньяк.

– Все скоро узнаешь. Два.

– Не стреляй, – сквозь зубы процедил дайвер. – Я выхожу.