Читаем Дары джиннов полностью

– Кто умеет стрелять? – спросила Шазад, прохаживаясь перед неровным строем новобранцев. Большинство подняли руки, что вовсе не удивительно у нас в Захолустье: те, кто делает оружие, обычно им худо-бедно владеют. – А в рукопашную?

Руки сразу опустились, а Самир наклонился к соседу и что-то с ухмылкой шепнул.

– Ты что-то хотел сказать? – тут же отреагировала Шазад.

Паренёк явно недоумевал, почему должен слушать женщину, а не принца, которому обещал служить. То же самое, похоже, думали и остальные.

– Я говорю, – дёрнул он небрежно плечом, – что кинжал ни к чему, если на тебя наставлен револьвер.

– А ты когда-нибудь бывал в Измане? На его улочках местами даже двоим не разойтись, не то что успеть прицелиться. Клинок в умелых руках зачастую оказывается надёжнее.

– Рукопашный бой не женское дело, – хмыкнул кто-то.

Шазад взметнула брови, и я на всякий случай отступила назад.

– А не хочешь, – повернулась она к говорившему, – подраться со мной? Если сумеешь ударить хоть раз, займёшь моё место.

Вокруг уже собирались зрители. Те, кто знал Шазад, хорошо представляли, что сейчас будет, и усмехались, подталкивая друг друга локтями.

Противник с недоумением пожал могучими плечами. Он был вдвое крупнее Шазад, которая после каторги выглядела совсем хрупкой.

– Мы не на равных… – с усмешкой бросил он.

– Что верно, то верно, – широко улыбнулся Жинь, переглядываясь с друзьями.

– Держись, бедолага! – Сэм подошёл и хлопнул верзилу по плечу. – Заранее сочувствую твоей потере.

– Какой ещё потере? – нахмурился наивный юнец.

– Достоинства, – пояснил альб и с ухмылкой отступил из круга.

Самир первым сделал выпад, неуклюже выбросив вперёд кулак, но Шазад легко увернулась и в стремительном танцевальном пируэте подсекла его лодыжку. Один миг – и наша военачальница уже сидела на своём противнике, приставив к горлу лезвие кинжала.

– Всё, ты мёртв, – спокойно прокомментировала она.

– Так нечестно… – просипел он, тщетно пытаясь скинуть колено, вдавленное в грудь. Шазад нажимала всерьёз, чтобы сразу показать хвастуну его место.

– Ты же сам сказал, что бой неравный.

Пожав плечами, она встала и убрала кинжал в ножны на поясе. Самир тоже поднялся, обиженно сопя, и я тут же поняла, что он не успокоился, но сказать ничего не успела. Однако Шазад в предостережениях не нуждалась. Перехватив новый выпад, она взяла его руку в захват и упала на колени, перекидывая противника через себя. Пролетев по инерции вперёд, мощная туша тяжело рухнула навзничь, взметая клубы пыли.

– И потом, – хмыкнула военачальница, вставая и отворачиваясь от надсадно кашляющего парня, – на войне вообще трудно найти справедливость. Хочешь посмотреть на честный бой?

Она обвела взглядом круг усмехающихся лиц и кивнула Жиню. Тот охотно шагнул вперёд, на ходу скидывая рубаху. Одна из девушек в строю новобранцев смущённо опустила глаза – и тут же изумлённо их вскинула. Жинь и одетый впечатлял своей фигурой, но сейчас, особенно рядом с тоненькой, изящной Шазад, выглядел настоящей стеной из накачанных мышц, покрытых татуировками, которые угрожающе вздымались при каждом его движении.

Я пронзительно свистнула, подбадривая его, и Жинь со смехом подмигнул в ответ. Невольно вспомнились времена старого лагеря, когда всё было так просто и мы жили нормальной человеческой жизнью, не борясь со смертью каждый день.

– Если они поубивают друг друга, – шепнул Сэм, занимая освободившееся место рядом со мной, – мы наконец покончим с игрой и будем вместе.

Меж тем противники не торопились, они ходили кругами, высматривая друг у друга слабые места, словно хищные звери. Мне ещё не приходилось видеть их схваток, но я знала: оба в своё время готовили Ахмеда к султимским состязаниям, где он бился с Кадиром. Каждый отлично знал приёмы другого, но начинать не спешил.

Шазад первой решилась на штурм, но Жинь встречным ударом отбил летящий кулак, сам целясь в живот. Извернувшись с невероятной гибкостью, она отскочила и тут же, не переводя дух, ударила в челюсть – вновь безуспешно. Жинь уклонился, заодно улучшив свою позицию, и атаковал с другого бока, так что противнице оставалось лишь упасть и откатиться в сторону.

Удары и отскоки следовали так часто, что глаз едва успевал их уловить. На стороне Жиня была сила, зато Шазад чаще опережала его.

Бой закончился неожиданно: поднырнув под очередной удар, она змеиным движением скользнула противнику за спину, и он заметил пропажу собственного ножа, лишь когда тот оказался у самого горла.

Меня вдруг охватила тревога, пальцы будто сами собой сжались на рукояти кинжала за поясом. Однако Шазад тут же отстранилась и вернула нож. Жинь со смехом покачал головой, принимая его.

– Есть ещё желающие? – улыбнулась военачальница, широко разводя руки.

На этот раз никто вперёд не вышел. Какие бы трудности ни предстояли с обучением новобранцев, о своём авторитете Шазад могла больше не беспокоиться.

– А ты, Синеглазый Бандит? – Самир повернулся ко мне. Глаза его радостно блестели, как у всякого новичка, ещё не осознавшего, что война – это кровь и смерть, а не весёлое приключение. – Не хочешь попробовать?