«Сначала выстрелить в него, потом взорвать гранаты — и пока тварь будет дезориентирована, постараться снова перезарядиться? Нет, не успеем. Отвлечь после взрыва тварюгу на себя и приказать залегшим в засаде стрельцам палить по уязвимым местам? Теоретически это могло бы сработать, по мои охламоны имеют недостаточную квалификацию. Смешать зелья в одну кучу, чтобы получить яд, способный заставить даже немертвого мамонта почувствовать себя нехорошо? Я не алхимик, чтобы на коленке проделывать такие фокусы. Хотя есть в идее что-то правильное… — Олег перебирал возможные варианты действий, пытаясь найти среди них тот, который окажется наиболее эффективным. — Действовать не снаружи, а изнутри… Да, определенно правильный ход, внутренности чудовищ редко бывают столь же прочными, как их же лобовая броня. Закинуть гранаты в пасть? Можно, но рискованно. Хотя зачем закидывать? Он их сам прекрасно туда поместит, если рядышком с ним окажется какая-нибудь добыча, которую мы предварительно заминируем!»

— Ваше ведьмажество, вы на меня не смотрите! У меня дети голодные сидят! — всполошился Третий Петр, в которого уперся горящий то ли безумием, то ли энтузиазмом взгляд чародея. Нетвердо держащийся на ногах по причине многочисленных ран стрелец попятился и рухнул пятой точкой в снег. Но даже в таком положении он продолжил отползать от чародея. — Ну, в смысле — там, в родной деревне остались! У соседа… Но я-то точно знаю, что они мои!

— Во имя джихада[12] можно пойти на смерть, но что-то я сомневаюсь, что там спит нечистое отродье Иблиса, — оказавшийся на пути Идрис также не горел желанием становиться камикадзе, — холодно тут для них слишком, не любят они такую погоду.

— Болваны, да на кой сдались мне вы, когда есть они… — взгляд Олега твердо прикипел к телам гноллов, которых он сам лично упокоил только несколько минут назад. Поднять их обратно на ноги не должно было оказаться слишком уж трудным делом. И любовь похрустеть собакочеловеком неведомое порождение сибирских чащоб уже доказало.

Глава 7

О том, как герой очень сильно пугается сам, очень сильно пугает подчиненных и узнает об очень неожиданных переменах в своей судьбе

Тройку октотавров боевой маг второго ранга счел вполне приемлемой жертвой для того, чтобы поднять из мертвых один-единственный труп. В конце концов, перекармливать нежить тоже не стоило. Иначе одноразовое оружие рисковало получиться слишком умным и могло отказаться идти на явную смерть, а то и могло бы попробовать отомстить за полученные меньше часа назад травмы, в конечном итоге ставшие летальными. Не раз и не два слышал он о прецедентах, когда созданные не слишком умелыми энтузиастами монстры либо резко переставали выполнять данные им приказы, либо и вовсе атаковали самонадеянных чародеев.

Смесь магической и жизненной энергии влилась в тело наименее пострадавшего из гноллов столь легко, словно она была водой, льющейся прямиком в воронку. Тело массивного для своей расы собакоголового с относительно небольшой раной в пробитом ножом сердце вздрогнуло, когда Олег стал управлять его мускулами, словно нитями куклы-марионетки. Сопротивления почти не ощущалось — даже не успевший толком остыть нелюдь был больше живым, чем мертвым. Легкие его со свистом втянули воздух, а кровь начала сочиться из дыры в груди, когда сердце вновь попыталось начать свою работу.

Возможно, существо даже еще можно было реанимировать — живучесть подобных созданий прочно вошла в легенды, ведь в древности их головы на колья сажали отнюдь не просто так. Без подобной меры предосторожности кто-нибудь из уничтоженной стаи мог уползти, отлежаться и вернуться, чтобы отомстить, несмотря на проведение контрольного удара. Регенерация гноллов позволяла им восстановить даже утраченные конечности, пусть и за пару лет правильного питания с регулярным употреблением блюд на основе человечины.

— Рюкзак ему в лапы… Нет, стоп, не наш рюкзак. Если от псоглавца станет пахнуть человеческими вещами, монстру это может показаться подозрительным.

Олег не обольщался насчет тупости создания, которое намеревался убить. Мраны с их крохотными птичьими мозгами подчас демонстрировали неплохое понимание тактики, а более крупные твари с крупным черепом и соответствующим количеством серого вещества вообще могли оказаться гениями, пусть и несколько специфическими — шевелящими извилинами лишь ради уничтожения попавшихся им людей. Потому и приходилось искать средства, как замаскировать гранаты, чтобы тварь не только их съела, но и не выплюнула раньше, чем детонация произойдет.

— Прошвырнитесь по окрестностям, вряд ли эти собаки налегке путешествовали, где-то тут должны лежать их пожитки. Заодно, может, что интересное себе найдете.