Читаем Дальневосточный штиль полностью

Стрельцы дружно заорали от ужаса, перекрывая своими воплями даже грохот двух-трех выстрелов. Другие и стрелять-то не стали. Бросили оружие и пустились наутек сразу, и Олег их даже не мог в этом винить — у самого волосы успешно подняли тяжелую зимнюю шапку, а ноги подкосились. Мыслей в голове не было, а губы прошептали: «Аминь, блин!» — другую поминальную молитву по себе самому боевой маг второго ранга в жалкие секунды его оставшейся жизни не успел бы ни вспомнить, ни озвучить. Похоже, под слоем снега прятался то ли овраг, то ли иная какая ложбина. И в этом углублении, как в кроватке, зазимовал монстр, способный просто перешагнуть частокол вокруг большинства сибирских поселков. Однако людям все же невероятно повезло, причем целых четыре раза подряд.

Во-первых, Олег поджег фитили раньше, чем полностью осознал габариты монстра и впал в состояние шока. Иначе бы он просто не сумел сконцентрироваться в достаточной мере, чтобы даже жалкую пару искорок у себя между пальцами пропустить. Во-вторых, гранаты были хоть и устаревшими, но большими, тяжелыми и мощными. Их конструкцию утвердили еще в те времена, когда, кроме черного пороха, армия никакой иной взрывчатки не признавала, а с тех пор химия успела шагнуть вперед. В-третьих, рванули взрывные устройства дружненько во рту чудовища как раз в тот момент, когда опасное блюдо, разбрасывающее в разные стороны осколки, оказалось ближе всего к мозгу чудовища. Случись эти взрывы снаружи — и покатый череп человекоподобного гиганта максимум пару новых отметин бы получил — такую кость явно следовало вскрывать только артиллерийскими снарядами, причем не самого малого калибра. Но немертвый камикадзе выполнил свою миссию с блеском, и потому не успевший выпрямиться гигант пошатнулся, сплюнул на землю литров сорок слюны вперемешку с кровью, ошметками гнолла и обрывками языка, а затем рухнул и затрясся в агонии. В-четвертых, упала эта громада не на Олега и стрельцов, а в сторону от них, иначе бы песенка людей оказалась спета. Не задавило бы их сразу, так размазало в кашу пару секунд спустя.

Тело монстра жаждало жить, оно было очень большим и сильным, даже зимовка с вынужденным отказом от приема воды и пищи не сильно сказалась на его мощи. Однако созданный древними колдунами по образу и подобию нормальных позвоночных, гигант умирал и ничего не мог с этим поделать. Главный нервный узел его организма оказался в десятках мест испорчен разворотившими все на своем пути кусками железа и как следует взболтан воздействием неоднократно отразившейся от стенок черепа ударной волны.

— С… с… — люди пялились на агонию чудовища, длящуюся уже минуты три, и понимали, что в этот раз им повезло. Олег выдохнул, расслабляясь в достаточной мере, чтобы больше не бояться помереть на месте от разрыва сердца. Но все же в недостаточной, дабы полностью вернуть контроль над речевым аппаратом. — С… с…

— Слава тебе, Господи? Спаси и сохрани меня, грешного? — наивно предположил Афанасий, который был то ли очень храбрым, то ли очень глупым, поскольку не только остался рядом с оцепеневшим от ужаса командиром, но и почти не проявлял признаков паники. Все остальные стрельцы давно уже убежали кто куда, и у боевого мага заранее болела голова при одной мысли о том, как он будет их собирать. С таким стимулом было бы немудрено убежать и в Японию, пройдя по морю, разделяющему материк с островами, аки посуху. И даже не заметив этого. — Славься, Пресвятая Богородица, что избавила нас от гибели неминуемой?

— Сволочь? Сука? Стерлядь? — пришел ему на помощь голос с макушки ближайшей елки, как оказалось принадлежавший Петру под номером два. Зачем он туда залез, вряд ли было понятно даже ему самому. Начинающий потихоньку прекращать свои конвульсии гигант достал бы оттуда человека своей лапищей, даже не вставая на цыпочки. Скорее всего, сработал оставшийся с крестьянского прошлого рефлекс. В любой опасной для жизни ситуации — лезь на дерево. У лишенного нормального оружия гражданского человека шансов выжить при использовании подобной методики было куда больше, чем при вступлении в неравный рукопашный бой с какой-нибудь кикиморой или хотя бы просто волками.

— С… с… скальный великан, мать его ети! — наконец-то смог полностью выговорить свою мысль боевой маг, все же сумевший опознать едва было не сожравшее их всех чудовище. Уж слишком много признаков теперь было, как говорится, налицо. Размеры, относительная человекоподобность и каменная в прямом смысле слова шкура, которая придавала монстру сходство с маленькой горой. — Третье по опасности существо сибирского леса! Хуже него только мамонт-лич и древние гиперборейские големы-стражи, которые святилища кащенитов охраняют! Пятый ранг по международной классификации магических тварей!