Читаем Contra Dei 2 полностью

Только тёмный дух сатаниста является истинным инициатором развития по направлению к Тьме и изменений в природе. Только он делает сатаниста нечеловеком. Стремясь к своему первичному проявлению или следуя внутренней динамике Тьмы, тёмный дух, как составляющая сатаниста, устремляется к необходимым переменам. С позиций именно этой необходимости тёмный дух подчиняет себе интеллектуальную и физическую составляющие для того, чтобы достигнуть целей Тьмы или более соответствовать Сатане. Это не противоречит воле самого сатаниста, а является её ярким выражением.

В любом случае, развитие сатаниста должно быть полноценным. И приоритет частного над общим, составляющей над целым, указывает на упущенные возможности развития pro Diaboli.

Сатанизм подразумевает честность, силу и благородство.

Честность, сила и благородство выступают частями одного целого — желания соответствовать Тьме и Сатане. Это понимание опирается на опыт и интуитивное знание сути Тьмы и Дьявола. Выступая от Имени Сатаны, будучи Его сыновьями, сатанисты стремятся быть как Дьявол и поступать так, как поступил бы Он. Поступки, деяния, мотивируются именно этой близостью, а не условными категориями «хорошо — плохо» или ещё более условными «так я хочу».

Грязь, измышления, заблуждения, слабость и сентенции о том, что цель оправдывает средства — достаточные основания считать, что суть Тьмы была не понята, искажена или подменена гнилостными аспектами — homo homini vermis est, выдаваемыми за сатанизм.

Благородство.

Принадлежность к natura daemonica означает элитарность и благородство. Сатанист, противоборствующий человеку и богу, стремящийся к реализации демонической природы, становится частью элиты, обличённой доверием Сатаны. Эта элита свершающих Зло, живущая интересами Тьмы и Ада. Её представители — живое проклятие человеческому и божественному. Они хищники, преследующие врага и искореняющие его повсюду. Представители «белой кости», они растерзают любую божественную глотку, застрянут в ней, став причиной удушья. Сатанист никогда и ни в чьих глазах не подвергнет сомнению свою принадлежность к элите.

Сатанист благороден своим происхождением из Тьмы или своей устремлённостью в Неё, а не в связи с чередой сгнивших в земле людей или сомнительной чистотой водянистой крови человека. Сатанист ничем не запятнает своего родства с Тьмой.

Сатанист, добившийся или добивающийся чести быть сыном Сатаны, не опозорит своего Отца, не загрязнит проявленной в себе Сути. Благородство противопоставлено грязи, как демоническое противопоставлено человеческому. Сатанист, устремлённый к гибели человека и бога, никогда не должен быть склонен к порочности страстных животных, влекомых к обязательному излишеству «пере-», никогда не должен испытать червивого влечения ко лжи, предательству и самообману, никогда не будет стремиться к слепой злобе двуногих ограниченностей, выплёскиваемой только на слабых и больных. Это не для него, в этом нет Тьмы, это не сатанизм. Отличаясь от человека, сатанист не должен быть равен ему в его низости и должен превосходить его в его величии.

Сила.

Сатанист, взаимодействуя с силами Тьмы, обретает возможность быть подобным Тьме, которая не приемлет чужеродного и всё обращает в Себя. Принимая в себя Тьму, сатанист получает возможность реализации в этом мире того, что есть Тьма.

Изначально вторгаясь в самое сокровенное, откликаясь на призыв, Тьма инициирует процесс изменения человека и перерождения его в демона. Это перерождение, обретение natura daemonica наделяет человека всеми тёмными проявлениями племени демонов. Сама natura daemonica — центр силы, не принадлежащей этому миру, но проявляющейся в нём. Само обладание этой природой позволяет быть против мира и наделяет необходимой для этого силой.

Сатанист, стремящийся к обретению демонической природы или принадлежащий к племени демонов, не может быть раздавленным обстоятельствами или условностями существования в человеческом мире. Сатанист определённо сильнее условий возникновения противодействия. И его возможное поражение — не недостаток сил, а его собственный выбор.

Сила, которая доступна сатанисту, не принадлежит ему лично. Эта сила неотделима от силы Тьмы, проявляющейся через него. И сатанист использует эту силу для достижения целей Тьмы, а не для достижения своих отвлечённых целей. Момент использования силы способен чётко определить вовлечённость сатаниста во Тьму или погружённость и замкнутость в мире существующего. Сила, доступная сатанисту, проявляет себя в каждом слове и каждом действии, наделяя их могуществом изменять и ранить.

Сатанист, всегда выступая с позиции силы, стремится к поиску сильного противника.

Честность.

Сатанист всегда честен перед Сатаной. Это — основа для взаимодействия, изменений и возможности творить Волю Сатаны. Близость к Сатане, её достижение подразумевает абсолютную честность и открытость перед Ним. Сатана не услышит лживых слов грязного сердца.