Читаем Contra Dei 2 полностью

Скептицизм, рационализм, эгоизм изначально позволяют занять какое-то положение лишь в человеческом мире, детерминируя отношения с ним и с его явлениями. Скептицизм, рационализм, эгоизм связаны лишь с человеком и его поведением в обществе, и поэтому не уместны во Тьме, во взаимоотношениях с Тьмой и с тёмными.

Как общественные (человеческие) явления скептицизм, рационализм, эгоизм не могут быть необходимыми составляющими сатанизма, поскольку изначально в них заложено противоречие самой нечеловеческой сути сатанизма.

На ранних этапах это противоречие может быть незначительным, и достигаемый эффект может быть достаточным для начальных уровней сатанизма. На последующих этапах это противоречие будет стремительно нарастать.

Скептицизм, рационализм, эгоизм часто рассматриваются как неотъемлемые составляющие сатанизма. У сатанизма иные необходимости.

14. Есть ли, на ваш взгляд, конфликт между личностным и безличностным восприятием Сатаны?

Да, безусловно есть. И мы надеемся, что этот конфликт будет обостряться.

Разделение восприятия Сатаны на личностное и безличностное — не от Сатаны и произошло в результате человеческой умственной деятельности. Во многом на это разделение повлияла деятельность современных, так называемых интеллектуальных сатанистов, которые, желая чётче обозначить свой «вклад» и значимость научного подхода, разделили изначально цельное восприятие Сатаны на две группы. Изначальное восприятие Сатаны подразумевало, прежде всего, близость к Нему, действия сообразно Его природе, проявленной в человеке. Иными словами, личностное восприятие было первичным, и безличностное восприятие просто дополняло его, позволяя глубже познавать суть Сатаны. Недопустима ситуация, когда целое разделено на части, и отдельной части придаётся значение целого.

Воин и философ. Человек действия и человек слов. Всем очевидно, что слова отличаются от действия. Действие может сопровождаться философско-логическими сентенциями, а может и нет. Акцент на результате, а не на теоретической базе. На служении Сатане, а не на размышлении о служении Сатане.

Причём невозможно ставить знак «равно» между служением и его интерпретациями. Именно поэтому личностное и безличностное восприятие не могут приравниваться друг к другу, поскольку теперь они означают разную вовлечённость и разные возможности.

Справедливым будет отметить, что в обоих случаях, личностного и безличностного восприятия, осуществляется взаимодействие, взаимосвязь, но различие заключается в степени этой взаимосвязи, в открытости перед Сатаной. Эта степень напрямую связана с возможностью воплощения Воли Сатаны.

Это, прежде всего, способно обозначить приоритеты и устремления самого сатаниста, обозначить уровень его проникновения во Тьму.

В заключение уместен вопрос: что важнее — взаимодействие с Сатаной, погружённость в Тьму (личностное восприятие) или анализ, размышления, создание моделей (безличностное восприятие)?

15. Что вы считаете наибольшей помехой Делу Тьмы на современном этапе?

Это мир — враждебная среда, поле битвы. Силы, присутствующие в этом мире и наполняющие его жизнью стремятся всё включить в свои процессы, поглотить и подчинить единственной цели — замкнуть устремления в рамках существующего. Подобная замкнутость позволяет сохранить существующее положение вещей, когда каждый элемент системы выполняет свою функцию, позволяющую системе функционировать. Это затрагивает все уровни и формы, выступая, прежде всего против тёмных, а не против Дела Тьмы.

Любая погружённость в этот мир будет помехой обретению Тьмы, поскольку указывает на принадлежность к человеку и на нежелание это изменить.

Избавление от человеческого — это длительный процесс противостояния и изменения. Непримиримость не позволяет сделать перерыва, противоположность делает невозможным любой компромисс.

Человеческая слабость, ограниченность, самолюбие, ложь, неспособность и нежелание верно и адекватно воспринимать Тьму мешают реализации потенциала и обрекают на блуждание в сумерках человеческого мира — где серый цвет воспринимается как тёмный, а отсутствие яркого света убеждает в успехах на пути. Слишком многие прозябают в грязной серости, страшась занять одну из противоборствующих сторон. Затерянный в собственных тенях, человек не хочет пересечь обозначенные границы человеческого. Им движет страх, ему явлен ужас. Человек боится совершить ошибку, быть преступным, боится Греха собственного падения. Его ужасают Тьма и живущие в ней. Но судят по деяниям.

Преступления против бога не рассматриваются человеческими судами. А Страшный Суд — это бич для пугливых.

16. Некоторые вопросы из первого номера сложно задать самому себе, а некоторые поражают своей наивностью. В чём причина такого различия?

Перейти на страницу:

Похожие книги

Добротолюбие. Том IV
Добротолюбие. Том IV

Сборник аскетических творений отцов IV–XV вв., составленный святителем Макарием, митрополитом Коринфским (1731–1805) и отредактированный преподобным Никодимом Святогорцем (1749–1809), впервые был издан на греческом языке в 1782 г.Греческое слово «Добротолюбие» («Филокалия») означает: любовь к прекрасному, возвышенному, доброму, любовь к красоте, красотолюбие. Красота имеется в виду духовная, которой приобщается христианин в результате следования наставлениям отцов-подвижников, собранным в этом сборнике. Полностью название сборника звучало как «Добротолюбие священных трезвомудрцев, собранное из святых и богоносных отцов наших, в котором, через деятельную и созерцательную нравственную философию, ум очищается, просвещается и совершенствуется».На славянский язык греческое «Добротолюбие» было переведено преподобным Паисием Величковским, а позднее большую работу по переводу сборника на разговорный русский язык осуществил святитель Феофан Затворник (в миру Георгий Васильевич Говоров, 1815–1894).Настоящее издание осуществлено по изданию 1905 г. «иждивением Русского на Афоне Пантелеимонова монастыря».Четвертый том Добротолюбия состоит из 335 наставлений инокам преподобного Феодора Студита. Но это бесценная книга не только для монастырской братии, но и для мирян, которые найдут здесь немало полезного, поскольку у преподобного Феодора Студита редкое поучение проходит без того, чтобы не коснуться ада и Рая, Страшного Суда и Царствия Небесного. Для внимательного читателя эта книга послужит источником побуждения к покаянию и исправлению жизни.По благословению митрополита Ташкентского и Среднеазиатского Владимира

Святитель Макарий Коринфский

Религия, религиозная литература / Религия / Эзотерика