Читаем Contra Dei 2 полностью

Собственно говоря, Ненависть гораздо точнее передается латинским термином Odium. Трактовки этого слова — ненависть, вражда, неприязнь, нерасположение, неудовольствие, отвращение, антипатия, невыносимость, несносность — в комплексе куда ближе к чувству, о котором идёт речь, чем семантическое значение слова «ненависть» в русском языке.

Примечание: очень похожая ситуация с термином «мизантропия», который может выражать как отношение с эмоцией ненависти, так и Ненависть к чел-овечеству.

Отец

Многие сатанисты на вопрос "Кто/что для вас Сатана?" кратко отвечают «Отец». Такой ответ может быть недостаточно ясен.

Здесь та же ситуация, что и с Духовным: те, кто так говорит, с трудом вербализируют это понимание. Текст статьи объясняет значение термина для остальных; понятно, что те, кто воспринимают Сатану как Отца, не воспринимают Его в терминах юнгианской психологии.

Собственно говоря, архетип Отца подробно раскрыт К. Г. Юнгом, и мы не видим необходимости повторяться. Однако уточним понимание термина в связи с контекстом.

Обратите внимание: речь идёт всегда именно об Отце, а не о «папе», например. Восприятие же архетипа Отца весьма зависит от психологического возраста. В детстве Отец — это тот, кто защищает и учит. При взрослении сначала появляется желание подражать; при дальнейшем личностном росте оно перерастает в желание продолжить Путь Отца, причём одновременно идёт проверка — а подходит ли этот Путь мне лично, способен ли я идти по нему? При этом функция Отца изменяется с «учителя» на «наставника» — мировоззрению нельзя научить. И если сродство не утеряно, то впоследствии происходит последняя смена роли — и тогда индивид становится Отцу соратником,[35] продолжателем Дела идущих по Пути.

"Отец" в ответе на подобный вопрос обозначает именно последнее значение — личность сатаниста уже сформирована (либо почти сформирована), сатанист уже идёт по Пути самостоятельно; Сатана как Отец его уже не опекает; условно говоря, Он является «Отцом-командиром» Легиона.[36] Но Он — всё тот же Отец.

Примечание: редакция понимает, что суть этого слова (как и некоторых других в этой работе) сужена передачей смысла на ином (здесь — психологическом) когнитивном поле, чем у тех, кто воспринимает Сатану именно как Отца. При личностном восприятии отношение к Сатане как к Отцу означает не представление, понимание и анализ, а взаимодействие — сатанист взаимодействует с Сатаной, стремится к Сатане, служит Сатане, обращается к Сатане etc. Такое отношение и взаимодействие подразумевает двухстороннюю личную связь между служителем Сатаны и Сатаной и проявляет себя как действия, совершаемые ради Сатаны, по Воле Сатаны, при поддержке Сатаны.

Также именно на этом примере удобно наглядно показать, что данная работа не является неким "списком соответствия"; она содержит лишь пояснения, некий условный перевод в другую когнитивную систему. То, что некто — пусть даже сатанист — прочёл "словарную статью", никоим образом не обозначает, что у него появилось право употреблять любой из терминов произвольно. Термин для него — «чужой» (можно привести аналогию разных языков — далеко не все слова имеют в других языках точные соответствия), а в этом случае идёт претензия на полное понимание без наличия такового. Скажем, весьма странно смотрелось бы, если некто, имеющий безличностное восприятие Сатаны, вдруг употребил бы по отношению к Нему слово «Отец». Аналогично — имеющие личностное восприятие не имеют оснований говорить о метафизике сатанизма как об отвлечённой философской категории. Не стоит рассуждать о своём впечатлении то Бездны, Хаоса, Ада и др., если у вас нет соответствующего оккультного опыта. Конечно, это не означает, что у кого-либо нет права вести рассуждения с использованием соответствующей лексики, если идёт обсуждение именно такой темы; редакция призывает лишь к честности в применении терминов, в первую очередь — по отношению к себе лично.

Путь

Как ни странно, этот термин иногда также вызывает вопросы.

Большинство формально называющихся разумными привыкли оперировать понятием цели. Или даже Цели. Отличие невелико — вне зависимости от желанности таковой и её «величины», цель — это всегда конечная точка. Разумеется, затем может быть выбрана другая цель. Главное — то, что идя к цели, индивид заранее ограничивает себя таковой; достигая цель — "теряет ориентировку", так как надо останавливаться и искать новую цель.