Так, от страха к надежде и снова от надежды к отчаянию, метало душу Ставинского в так называемых поездах дальнего следования. За окнами этих поездов были то хмурые заснеженные русские леса, то черно-белые сиротные поля, то низкое свинцовое небо зимних снегопадов, то красное морозное солнце. Своим казарменным бытом общие вагоны поездов больше напоминали какой-то движущийся лагерь, который кочует по необъятной России от одной стенки с колючей проволокой до другой, от западных границ до восточных. В его общих вагонах-бараках люди спят и пьют, рассказывают анекдоты и тихо матерят колхозы и начальство, в тамбурах отпускники-солдаты тискают прыщавых девок, а на остановках все пассажиры общих вагонов с молчаливой ненавистью разглядывают модно одетых во все импортное пассажиров двух привилегированных мягких вагонов – эти пассажиры прогуливаются по перрону вдоль общих вагонов, высматривая тут молоденьких смазливых пассажирок, и зазывают их в свои купе…

И уже знал Ставинский, понял, додумался на вагонной полке и за столиком в вагоне-ресторане, что вся его ностальгия по России была тоской привычного лагерника по своему лагерю, в котором он был когда-то не простым зеком, а привилегированным. Потому что работал тогда не на заводе и не в колхозе, а на телевидении – так сказать, в лагерной самодеятельности. Быть привилегированным – вот и вся твоя ностальгия, Ставинский, говорил он себе с издевкой. Из-за этого ты даже по лагерю тосковал, идиот!…

Между тем по случаю появления пива на очередной станции Бурсак в вагон-ресторан ввалилась подвыпившая компания сельской молодежи. У одного из парней был в руках транзисторный радиоприемник «Спидола». Приемник гремел явно заморским джазом. Ставинский с неудовольствием подвинулся, когда эти парни заняли два свободных места за его столиком и еще два столика рядом. Он уже знал, что сейчас будет: сейчас они возьмут два ящика пива на семерых, потом втихую от официанта разольют по стаканам принесенную с собой водку или самогон, тут же закрасят ее пивом и будут пить, орать и материться до следующей станции. Там они выйдут и пересядут в вагон-ресторан встречного поезда, чтобы вернуться на свою станцию Бурсак. А на следующей станции или через одну в вагон-ресторан ввалится очередная компания любителей пива…

«Говорит Ливерпуль, – вдруг сообщил по-английски радиоприемник за спиной у Ставинского. Ставинский был уверен, что парни немедленно выключат радио, поскольку джаз кончился. Но компания парней не обращала на диктора никакого внимания, они продолжали говорить о чем-то своем, кто-то рассказывал о какой-то сельской драке, а приемник продолжал вещать по-английски в уже привычной для Ставинского раскованной манере западных радиодикторов: – Никто не передает столько музыки, сколько Ливерпуль, родина «битлов». Но сейчас минута пикантных новостей. Американская газета «Балтимор ивнинг сан» сообщает, что отец Джона Хинкли собирается подать в суд на правительство, поскольку, по его мнению, его сынок плохо чувствует себя в тюрьме и переутомился от постоянных допросов. Джона Хинкли, который стрелял в американского президента Рейгана, допрашивают уже несколько месяцев, и, как сказал его отец, «это измотает кого угодно!». В Вене арестован сотрудник австрийской полиции. Ему предъявлено обвинение в шпионаже в пользу Румынии. В Москве, в международном аэропорту Шереметьево, четыре дня назад были убиты офицер КГБ Незначный и американский турист Роберт Вильямс из штата Мэриленд. Роберт Вильямс проводил в Москве свой медовый месяц с голливудской актрисой Вирджинией Парт. Сегодня агентство ЮПИ сообщило, что за участие в убийстве советского офицера КГБ жена убитого Вильямса, которая пыталась защитить своего мужа, предстанет перед советским судом. По слухам, советские власти намерены приговорить ее к трем годам заключения и посадить в один из советских лагерей. Американскому адвокату отказано принять участие в суде. Спрашивается, какой черт понес Вильямсов проводить медовый месяц в России, когда «Юнайтед Эйрлайнз» предлагает молодоженам сказочное путешествие на райские острова Карибского моря, и всего за 399 фунтов в неделю! Всего 399 фунтов – и к вашим услугам бесплатная машина, бесплатные завтраки и ужины, и никакого КГБ вокруг! Пользуйтесь услугами «Юнайтед Эйрлайнз»!… А сейчас передаем вашу любимую песенку "Встреть меня за углом"…»

И снова запел, заиграл джаз, и парни сделали музыку погромче, но теперь уже Ставинский не слушал этот приемник. Он сидел оглушенный. Вирджиния в тюрьме! И она не выдала его, Ставинского!…

5

До Ялты Ставинский не доехал. На следующее утро он сошел с поезда в Краснодаре, столице Кубани. Здесь было тепло, плюс восемь по Цельсию, и теплое осеннее солнце заливало пустынную привокзальную площадь.