Читаем Чукчи. Том I полностью

 С 1848 года, а особенно после продажи Аляски, американские китоловы стали посещать эти отдаленные воды и завели торговлю на обоих берегах Берингова моря. Вначале их товарами были дешевый ром, ружья и боевые припасы. Затем сюда прибавились прочие виды товаров, в которых имели нужду туземцы: мука, сухари, сахарный песок, черная патока, толстое сукно, холст и дрель, железные и медные изделия, бисер. В обмен китоловы брали преимущественно китовый ус, дававший громадные барыши, так как у туземцев были большие запасы и они употребляли его только на связку, а также на подрезы для санных полозьев. Замечательно, что русские торговцы до последнего времени обращали мало внимания на китовый ус. В последние годы XIX столетия торговля спиртом отчасти уменьшилась, т.к. большинство китобойных капитанов стало отказываться от этого источника дохода. Из десяти судов, которые прибыли на мыс Чаплин в 1901 году, только два торговали ромом. Кроме того, сами туземцы на стали так падки на спиртные напитки, как прежде, потому что у них уменьшились средства для покупки и появились различные новые нужны, которые требовали удовлетворения. Однако часть рома, разлитого в пузыри и маленькие мешки из тюленьих кишек, проникали далеко в глубь страны с мыса Чаплина и мыса Восточного. На ярмарке в Заячьих горах спирт был даже самой важной статьей меновой торговли между чукчами и русскими. Нечто подобное имело место также и на Мариинском Посту, всякий раз когда там появлялись чукотские и эскимосские купцы, прибывшие с севера. Таким образом взаимное положение русских и туземцев совершенно изменилось, как это часто бывает в отдаленных частях Сибири. Русские платили за спирт чаем, табаком и проч., а также собаками, которые считались много лучше, чем собаки чукотской породы, и ежегодно уходили с Анадыря в северные туземные селения.

Китоловы привозили ружья, преимущественно винчестеры, 44, 45,60 или 45,70 калибра, большею частью подержанные. Продавали также дешевые дробовики и патроны различных калибров. В конце XIX и в начале XX столетия все туземцы северо-тихоокеанских берегов были вооружены этим огнестрельным оружием и употребляли его для всех видов охоты. На мысе Чаплина число ружей в 1901 году было свыше 400 на 440 человек жителей. Оленные чукчи к западу от Колымы точно так же имели много винтовок, между тем как население западной тундры и Омолона употребляло кремневые ружья и лишь в небольшом количестве подержанные берданки, продаваемые русским правительством.

Белая мука является предметом постоянного потребления на Тихоокеанском берегу, особенно во время неудачного тюленьего промысла. Туземцы говоря, что только мука поддерживает их во время голодовок. Действительно, весной 1901 года жители поселка Ien'а, равным образом поселков у мыса Чаплина, питались исключительно мучными лепешками, слегка прожаренными в жиру. Той же весной на одном только мысе Чаплина было куплено у китоловов около 500 мешков муки, а по всему берегу — около 2 500 мешков муки, и столько же муки было продано за все лето. Среди оленных чукоч лепешки из белой муки считаются одним из самых вкусных лакомств; между тем ржаную муку они почти не употребляют, несмотря на постоянную связь с русскими селениями.

Кроме всего вышеперечисленного, туземцы охотно покупают подержанные китоловные вельботы, маленькие китобойные пушки, китобойные взрывные гарпуны, а равным образом керосиновые печки и керосин. В 1901 году были завезены даже керосиновые лампы, примуса, корабельные компасы, употребление которых хорошо знакомо эскимосам.

В 1882 году некто Кувар, один из богатейших торговцев мыса Чаплина, сделал опыт покупки шкуны в целях организации охоты на китов и крупной торговли продуктами китобойного промысла. Как раз в это время был послан русский военный корабль "Крейсер" для захвата американских китоловных судов, плавающих в русских водах или занимающихся незаконной торговлей на русских берегах. Неизвестно, были ли захвачены какие-нибудь американские шкуны, встречавшиеся ранее в большом количестве, но шкуна "Генриетта", только что купленная Куваром, была взята в качестве приза, несмотря ни на какие просьбы и протесты. Шкуна затем была оборудована паровым котлом и употреблялась в качестве сторожевой на Охотском море, где она и погибла во время шторма в 1895 году. Кувар несколько раз обращался к властям, но не имел успеха. Владивостокские власти утверждали, что Кувар не вступил в законные права владения шкуной. Однако туземцы на мысе Чаплина говорили мне, что Кувар заплатил за нее груду китового уса с двух китов, большую кучу моржовых клыков, три полных мешка лисьих шкур и три шкуры полярного медведя. Во время моего пребывания в том же районе эскимосам представлялся другой случай купить шкуну, но в виду возможности повторения конфискации покупка была, по моему совету, ими отклонена.