Как уже сказано выше, под Таньгами в этих сказках подразумеваются оленные коряки. О них всегда говорится, что они очень богатые оленеводы, значительно богаче чукоч. У них есть постоянные укрепления (wujwun, множ. ч. wujwut; в настоящее время это название употребляется для отдельных бревенчатых изб, а также для поселков русских и обруселых туземцев, состоящих также из деревянных изб). Не легко понять, какими именно укреплениями могли быть такие wujwun в прошлом. Описания настолько неполны и неясны, что не могут дать представления о них. Вот одно из них: "Тогда Таньги спрятались в wujwun. Они сломали другой wujwun и бревнами его покрыли стены первого. Наверху, на крыше, около входного отверстия есть второй этаж. Там стоят лучшие стрелки из лука и стреляют вниз, в осаждающих". По всей вероятности, это простая, полуподземная землянка приморских коряков[259], с деревянным щитом вокруг входного отверстия. Такие землянки вполне могли служить укреплениями. В казацких отписках о войнах с коряками первой половины XVIII века часто упоминаются маленькие укрепления, в которых коряки обычно защищались от русских. То же самое было и у камчадалов. Однако все такие укрепления принадлежали приморским жителям.

Согласно устного сообщения В.И. Иохельсона, у приморских коряков до сих пор существуют сказания о набегах и нападениях оленных чукоч. У приморских коряков были укрепленные поселки. Они были расположены на высоких скалах, узких мысах или на островках, находящихся недалеко от берега. Доступ туда был закрыт каменной стеной или деревянным тыном. Оленные коряки также устраивали укрепления в местах, подобных вышеописанным. Они сгоняли свои стада в загон, сооруженный из нарт. Иногда же угоняли оленей на отдаленные пастбища. Мужчины оставались в укреплении, готовые к битве[260]. Некоторые из поселков камчадалов также были окружены укреплениями из камней или из земли. В одном древнем поселке на северо-западе Камчатки я нашел остатки таких укреплений. Они имели форму большого прямоугольника со входом, обращенным к морю. В чукотских сказаниях о войнах с казаками также упоминаются подобные укрепления, построенные чукчами. В одном сказании говорится, как оленные чукчи, отступая от казаков, выбрали себе для укрепления местность, расположенную под скалой. Казаки влезли на скалу и, сбрасывая оттуда большие камни, разрушили укрепление и перебили людей. Уцелевшие воины построили себе укрепление на земле Neten, близ мыса Peek. Они выстроили его под нависшим утесом, так что казакам было невозможно сбрасывать на них камни сверху. В таком укреплении они с успехом оборонялись от казацких набегов.

ВОЙНЫ С КАЗАКАМИ

Казаки, как уже было сказано, также назывались Таньгами. Существительное melgь ("огниво")[261] прибавляется очень редко. Среди населения реки Анадырь употребляется также слово qacak ("казак"). Qacaumel ("казакоподобный") обозначает также "скверный, грубый, жестокий".

В одном сказании описывается впечатление от первой встречи с казаками.

"Когда они пришли, наши люди их очень боялись, потому что у них такой страшный вид. Усы у них торчали, как у моржей. Наконечники их копий были длиной с локоть, и такие широкие и блестящие, что затемняли солнце. Глаза у них- из железа, круглые и черные. Вся одежда — железная. Как злые олени, они рыли землю концами своих копий, вызывая на борьбу наших воинов".

Согласно чукотским сказаниям, русские очень жестоко обращались с туземцами. Они убивали всех пленников и мирных жителей. Ударом топора между ног они разрубали человека надвое, женщин разрывали пополам, как сухую рыбу. Иногда они усаживали пленного, завязывали ему вокруг шеи веревку, а другой конец веревки привязывали к его membrum virile. Затем тыкали ему в лицо куском раскаленного докрасна железа. Человек вскакивал и отрывал себе привязанное.

Чукчи убегали от казаков по всем направлениям. Затем они остановились, собрали силы для сопротивления и начали успешную борьбу с завоевателями.

Во многих сказаниях русские изображаются с очевидной насмешкой.

"Жила маленькая девочка, по имени Gьnkь-ŋeut. Люди собрались в шатре для благодарственного жертвоприношения. Они закрыли дымовое отверстие и начали петь. Но были они не люди, а собаки. Некоторые из них пели: "кеу, кеу, кеу". Другие лаяли: "коон, коон, коон!"[262] Тогда хозяйка шатра сказала девочке: "Посмотри!.. Кто это поет? Зачем они закрыли вход и дымовое отвестие?" Девочка нашла щель и заглянула внутрь. Там все были собаки. Чукчи пришли тогда и избили их. Собаки убежали на запад и сделались русскими. Некоторые из них остались, однако, собаками, и другие стали пользоваться ими для езды. Те, кого избили чукчи, рассердились на них и начали войну. Эх, мы не знаем. Наши люди били собак, а они стали людьми"[263].

Сказки, подобные приведенной, конечно, могли быть найдены только у оленеводов, в противовес русским собачникам.