Братья все еще рубили китовое мясо, отрезали куски величиной с лахтака и перебрасывали на берег. Ajwan стоит крепко, как будто врос в землю. "Подходите, негодные! Что вы за люди!" Прыгнул далеко младший, как будто прилетел; попал на шкуру ногами, как будто прильнул к ней. Говорит Ajwan: "Кто начнет, ты?" — "Нет, ты". — "Нет, ты, если ты отниматель!" — "Ну, ладно, согласен!" Схватился за Ajwan'а. Куда ни толкает, как ни двигает — неподвижен, как дерево. Откуда ни хочет схватить его рукой за шею или за руку — не может, словно дерево. Пробует тихо руками, откуда бы схватить, медленно примеряется. Наконец, ладонь наставил, как топор, ударил по шее, голова отскочила, как волчок, тело немного стоит. Стоят кругом и смотрят товарищи. Убил, упало. Убежала на тундру жена Ajwan'а, увидев, как его голова покатилась. Юноша прыгнул назад к товарищу на ките. Покончив, понесли. Ну, и ноша же была[269].

Эти подробности очень распространены и повторяются в нескольких сказках. Иногда прибавляются и другие детали. Например, победитель просто разрубает кита пополам, берет в каждую руку по одной половине и так несет их домой. Затем он бросает тушу на землю около своего шатра и восклицает: "Вот, ешьте!"

Существует одна очень характерная сказка о войне между приморскими жителями Азиатской и Американской стороны. Она описывает борьбу двух племен: эскимосов Азиатского берега и эскимосов с острова Лаврентия. Сказка однако записана среди приморских чукоч. На Азиатском берегу упоминаются два поселка: Nuukan на мысу Дежнева и Uŋasik на мысу Чаплина. Оба выступающие мыса азиатского материка, Чаплин и Дежнев, служили, разумеется, исходными пунктами для всех походов туземцев на американское прибрежье.

"Два человека с мыса Чаплина, один из них шаман, были унесены вьюгой в зимнее время на плавучем льду. Льдину пригнало к острову Лаврентия, к поселку Cibukak. Жители выбежали, убили одного из них, просверлив ему череп острым сверлом. Шамана оставили в живых, рабом сделали. Одну ночь только с ними переночевал, потом позвал своих моржей — духов. Много моржей пришли, стали в ряд так, чтобы он мог пройти по их головам. После многих приключений шаман вернулся на Чукотский мыс и рассказал людям, какая судьба постигла его товарища. Люди решили отомстить за него. На следующее лето со всех поселков собрались на берегу воины. Сели в лодки. Много больших лодок отплыло к острову Лаврентия. На берегу они увидели поселок. Густой туман лежал на земле. Почти все воины сошли на землю, хотели сзади напасть на врага. Несколько человек направились прямо к поселку, под прикрытием тумана. Сказал старик: "Подайте голос, завойте по-волчьи". Они завыли, как волки. Другой старик, из жителей острова Лаврентия, сказал тогда: "О, они здесь". Молодые воины ответили: "Это не может быть! Ведь мы на острове". — "Ну да, да! Ответьте им". Тогда они заревели, как моржи. В это время большой отряд нападающих медленно подходил к ним сзади. Неожиданно они набросились на островитян и стали убивать их. Женщины в страшном испуге стали давиться. Другие же резали моржовое мясо, чтобы угощать победителей. Большое побоище было! Много женщин увезли с собой на мыс Чаплина.

Через четыре года отправились островитяне мстить за нападение. Они пришли ночью, все люди спали. Они убивали людей, просто подсовывая копья сквозь меховую стену спального полога. Один маленький мальчик, сирота, успел убежать от них вовремя, разбудил других. Нападавшие убежали к морю. На следующий год старики с острова Лаврентия сказали: "Довольно. Пусть мир будет". Пришло лето, и на берег сошлись много островитян. Они принесли очень много деревянных сосудов и отдали их людям этой стороны. Сказал старик нашего берега: "Как ответите вы? Дайте им шкуры". Дали им мягкие шкуры. "Что это за шкуры?" — "Оленьи шкуры." — "Что такое олени?" — "Они с рогами." — "Что такое рога?" Тогда им показали голову оленя. Они смотрят, говорят: "О, как чудесно. Нос — как дыры в кожаном покрытии байдары". — "Попробуйте-ка лучше мясо". Сварили оленьего жиру. Потом они попробовали его: "О, это очень вкусно". Они ушли и оставили старика. Он был шаман. Люди этого берега взяли его в плен так же, как островитяне взяли четыре года назад одного из наших людей.

Это очень типичное описание войны между двумя приморскими народностями, живущими на противоположных берегах Берингова моря.

ВОЙНЫ С ТУНГУСАМИ И ЮКАГИРАМИ