Я не представляю, как в действительности может произойти подобный случай, за исключением самых мелких поселков, где так мало охотников, что они не могут сопротивляться нападкам "насильника". Однако дальше в рассказах описывается, как соседи, когда им надоело платить такую дань "насильнику", собрались и убили его. Впоследствии его сын, ставши взрослым, отомстил убийцам отца.

ВОЙНЫ И ВОИНЫ

Как уже отмечено, слово "ermecьn" употребляется также и в смысле "воин". Сказания о былых войнах очень многочисленны. Они собственно составляют особый раздел чукотского фольклора. Называются они əqəliletkьn pьŋьlte ("времен войны вести"). Войны описываются как целый ряд внезапных нападений, ночных налетов и избиений спящих. В некоторых случаях нападающая сторона, наоборот, открыто вызывает врага на битву и приглашает противников выступить в равном количестве, так как обе стороны имеют равные силы. Так, например, в сказке о "Talo, воспитаннике Таньгов" герой встречает десять Таньгов, покрытых броней. Своим маленьким ножом из китового уса он убивает девятерых. Десятый пытается убежать, но Talo ловит его за одежду. "Постой. Я не убью тебя, я хочу спросить тебя: много ли ваших людей готово к битве?" — "Ни одного. У нас остались только старики и подростки". — "Когда эти подростки станут воинами? Прийти ли мне в будущем году?" — "Хорошо, приходи в будущем году. За это время они подрастут и станут сильнее, по крайней мере, некоторые из них". Этот эпизод повторяется и в других сказках. Я должен отметить, что чукчи описываются менее вероломными и более великодушными по отношению к своим врагам, чем люди других племен. Очевидно, вероломство не считается военной доблестью.

Мне рассказывали, что на войне употреблялись всевозможные заклинания, но ни одно из них не сохранилось в народной памяти. Чукчи во время похода считали своим часовым морскую ласточку (çiçьn — "наблюдающий")[256]. — При приближении врагов она будто бы взлетала вверх с предупреждающим криком. Поэтому группа воинов, останавливаясь на ночь с открытой тундре, обращалась к этой птице и просила ее охранять их от неожиданного нападения.

Война описывается как ряд отдельных схваток. Чтобы быть годным к битве, каждый воин должен был пройти тяжелую тренировку и закалить себя разнообразными упражнениями. Сказки изобилуют описаниями таких упражнений. Герой бегает на далекие расстояния, таскает тяжело нагруженные нарты. Он носит камни и бревна, упражнение он проделывает один, причем он должен размахивать копьем с такой силой, чтобы оно гнулось и болталось, как кусок сырой оленьей шкуры. Он также обучается стрельбе из лука и употребляет различные стрелы — острые и тупые. Благодаря таким упражнениям он приобретает большую силу и ловкость. Он может убить двадцать человек, перебегая от одного к другому с быстротой горностая. Когда в него стреляют, он быстро отскакивает в сторону, или отбивает стрелы концом своего копья, или же просто ловит стрелы между пальцами и отбрасывает их назад. Его можно ранить или убить лишь тогда, когда он совсем обессилел от усталости.

Лучшие воины других племен, например, юкагиры, в подобных сказках тоже хватают стрелы между пальцев и благодаря быстроте своих движений избегают удара копья. Идеальный чукотский воин прыгает высоко и почти взлетает вверх, подобно птицам. Когда он гребет в каяке, он не отстает от летящей чайки. Сложение у него атлетическое. Когда он ложится на спину, он прикасается к земле только шеей, ягодицами и пятками, настолько толсты и массивны его мускулы. Сказки дают много описаний отдельных воинов. Подробности этих описаний будут приведены ниже.

ВОЙНЫ С ТАНЬГАМИ

Все сказания о войнах можно разделить на две группы. Большая группа заключает сказания о войнах оленных чукоч с Таньгами. Эти войны происходили во внутренних районах, и приморские жители принимали в них лишь небольшое участие. Вторая группа сказаний относится к войнам на прибрежьи между чукчами и эскимосами. К первой группе принадлежит несколько очень интересных сказаний, в числе которых встречаются даже рассказы эпического характера. Очевидно, всю эту группу можно считать зачатком оленно-чукотского эпоса.

В этих сказаниях под Таньгами подразумеваются либо русские казаки, либо, чаще, оленные коряки. Чукчи-оленеводы принуждены были защищаться против наступления казаков, и им даже удалось разбить отряд майора Павлуцкого[257]. Все же воспоминания об этих войнах сохранились не так прочно, как этого можно было ожидать. Сказания о них коротки и бедны подробностями. Сказки о войнах с коряками, наоборот, изобилуют живыми и яркими эпизодами. Некоторые рассказы о войнах с русскими представляют собой просто переделанный рассказ из цикла сказаний о коряцких войнах. Изменено только описание вооружения и способов ведения войны в соответствии с новым врагом. Чукотские герои, участвующие в войнах — те же, что и прежде, в некоторых случаях не изменены даже их имена.

ГЕРОИ ВОЙНЫ