Читаем Четыре лампочки полностью

– Ааатставить паникёрство. Расширяются они, давно к этому шло. Жевали-жевали конкурентов и дожевали: были МиГи, были Камовы, были БАРСы, теперь будут только Заслоны. Всё, что стреляет и летает выше ста метров, теперь они производить и обслуживать будут. Отсюда ещё один нюанс по нашему контракту: он как бы испытательный. Если не запорем, то по завершении вместе с кораблём минимум на пять лет идём на постоянку в «Заслон» в космологистику. Новый отдел у них будет, такие большие ребята стали, что без собственной космологистики уже неприлично. Вы с Костиком отказаться сможете, я уже нет, штраф за это тоже – космический.

– Были времена, покупали баре землю с крестьянами. Ныне времена не те, ныне корабли с экипажами покупают… – Артём произнёс это немного распевно, вроде как: «жили-были…», но потом посерьёзнел, – Валь, может ну его, тебе что ли начальства в жизни не хватает? Денег и нормальными рейсами заработать можно, а тут вопросы одни. Что с ТО, сколько мы подходящую эмку искать будем, крюки нужны новые – из потока эту эмку вынимать… И это только по самому контракту. А на Алтае хорошо…

«Эмка» – это астероид М-класса, упрощая, эти астероиды можно назвать металлическими. А «крюками» в просторечье называли ракетные управляемые дроны, с помощью которых можно менять положение космических тел.

– ТО вне очереди, камень на месте найдут, нарубят и на блюдце подадут. В точке встречи китайский лазер болтается, он и отрежет нам кусочек поднебесный. От нас требуется только зацепить и довести до приёмника на ближней орбите, – капитан демонстрировал предельную собранность и серьёзность, – Оплата не поражает: полторы обычные ставки, но есть очень важный момент – в счёт аванса нам по себестоимости дают автодок своего производства. И, пока ты не начал крутить пальцем у виска, читай.

Сомов развернул проекцию своего браслета, выбрал нужный файл и щелбаном запустил его в сторону Артёма. Тот принял и открыл документ.

– Так… «Всем внеатмосферным судам любой принадлежности… предписывается… запрет на покидание стояночных пунктов…», – полистал, бегло выхватывая глазами куски текста, и свернул, – Так, я понял, что звёздные мальчики из Роскосмоса решили сделать нашу жизнь ещё интереснее. Больше ничего не понял, но проникся. Можешь коротко рассказать, что это за дичь, чтобы всё сейчас не читать?

– Во-первых, мальчики почти ни при чём – это новый международный стандарт, а, во-вторых, дичью я бы называть это не стал. Спорно, но… – Сомов встопорщил ладонью ёжик волос на голове, подбирая слова, решил бросить это дело и перейти к главному, – Короче, появилось новая болезнь, первая космическая. Смертельная, лечить пока не научились, все случаи заражения – дальше Марса. Симптомы, если коротко: у человека стремительно отъезжает колпак, после чего организм идёт вразнос, весь и сразу. Под конец – судороги и боль от ультрафиолета, чёрный пот.

Артём сложил губы в трубочку и со свистом выдохнул, новости его ошарашили.

– Была желтуха, была краснуха. Теперь, значит, чернуха…

– Ага, только ты в приличном обществе это не ляпни, не поймут.

– А? Извини, я что-то…

– Брось, я сам, как узнал, полдня мозги собирал в кучку. Дальше: источник заразы неизвестен, но от человека к человеку вроде как не передаётся. По крайней мере экипажи, в которых были заболевшие, в карантине, конечно, подержали, но после выпустили и контакты не ограничивают. Теперь, чем это нам грозит, кроме смерти в чёрной луже, если не хотим профессию менять. Чтобы выйти в рейс теперь на корабле нужно иметь изолятор и врача. Для тех, кому лишнего члена экипажа пихать некуда, есть альтернатива – капсула автодока. Всё, других вариантов нет. Понимаешь, что будет, если мы этот контракт не возьмём?

– Понимаю. Мы в рейсе вообще неизвестно когда окажемся и автодок ты покупать по цене корабля будешь, если вообще найдёшь, – механик осознал и принял, что Алтаю придётся подождать до следующих каникул дочки, – Костик уже согласился?

Костиком звали третьего члена команды. Двадцать шесть, холост, стропальщик. Полностью его судовая должность звучала как «инженер-оператор стыковочных и такелажных систем». Ирония в том, что конкретно на «Академике» тросовые крепления не использовались, а вот стропальщик всё-таки был. Отдельно стоит сказать, что как-то проложить курс и провести по нему корабль, что-то починить и кое-как осуществить стыковку или захват мог каждый из команды, иначе никто их в космос бы не выпустил.

– Костик согласился сразу. Помнишь, он про своё увлечение последнее рассказывал – свонфлайт?

– Честно, мимо ушей пропустил, занят был чем-то. Он эти свои увлечения всё равно раз в полгода меняет.

– Чёрствый ты человек, Тёма, осуждаю, – механик на это фыркнул и принялся что-то набирать в браслете, – Канадцы собрали экзоскелет, в котором человек может летать, повторяя птичью моторику. Здоровенная штука. Костик ещё записи показывал – красиво. Летят, крыльями машут… В общем, с прошлого рейса он такой купил, уже разбил, уже починил и теперь модернизирует. А деньги кончились, а тут я.