Читаем Четыре королевы полностью

…был дух, твердивший,что он враждой и завистью убит,его безвинно с телом разлучившей,Пьер де ла Бросс; брабантка пусть спешит,пока жива, с молитвами своими,не то похуже стадо ей грозит[119].

Марии не нужна была свекровь, сующая свой нос во французскую политику. По ее настоянию Филипп, уязвленный привязанностью матери к Эдуарду, решил помочь дяде Карлу.

Карл же, увидев возможность образования союза между Германией и Англией против него, поспешил сделать Рудольфу контрпредложение, основанное на совсем других матримониальных планах. Если Карл останется графом Прованским, он готов устроить брак своего внука Карла Мартелла (первенца старшего сына, тоже Карла, принца Салернского: в этой семье не хватало воображения, когда давали имена мальчикам) с одной из дочерей Рудольфа, Клеменцией. Карлу Мартеллу и Клеменции достанется королевство Арелат, как только они достигнут совершеннолетия (Карлу Мартеллу было тогда всего семь), однако Прованс в его пределы не войдет [120].

Реакция Маргариты отражается в целом потоке писем, адресованных Эдуарду, с просьбами оказать влияние на Филиппа, чтобы тот поддержал интересы матери, а не дяди. К мольбам Маргариты присоединилась Элеонора. Вот что она писала в 1279 году:

«Узнай же у мой милый сын, что, по нашим сведениям, готовится брак между сыном короля Сицилии и дочерью короля Германии; и если союз этот будет заключен, может быть попрано наше право на четвертую часть Прованса, а это причинит великий ущерб как нам, так и тебе. Посему молим и требуем, чтобы ты написал упомянутому королю и указал, что Прованс он держит от империи, и его достоинство предполагает, что он поступит согласно с нашим правом, примет его к сведению и исполнит. Об этом мы особо напоминаем тебе и настаиваем, и да хранит тебя Господь!»

Но Маргарита не ограничилась перепиской. Осенью 1281 года, в почтенном возрасте шестидесяти лет, она организовала альянс дворянства, находящегося в оппозиции к Карлу, и созвала людей на встречу в Труа, примерно в сотне миль к юго-востоку от Парижа. На собрание прибыл герцог Бургундский, дядя Маргариты Филипп Савойский, архиепископ Лионский и другие. Сама Маргарита приехала в Труа верхом и участвовала в обсуждении. Заговорщики постановили, что браку Карла Мартелла и Клеменции следует противодействовать силой. Было известно, что король Сицилии намеревался направить флот в Марсель и вверх по Роне, чтобы закрепить Арль за своим внуком. Участники альянса Маргариты договорились встретиться снова в мае 1282 года в Лионе — на этот раз вместе с войсками.

Снова Маргарита обратилась к Англии. Она знала, что шансы на успех зависят от Эдуарда: если король Англии согласится обеспечить и возглавить поход против Карла, то у короля Сицилии появится достойный оппонент. Но Эдуарда в то время заботила военная операция в Уэльсе, и он опасался нарушить мир с Францией, поддержав инициативу Маргариты против воли ее сына Филиппа (и его жены Марии). Он отказал. К тому же Хартман, предполагаемый жених, в самый неподходящий момент внезапно умер. Все это охладило пыл соратников Маргариты. Обещанное войско так и не материализовалось. В 1282 году корабли Карла беспрепятственно поднялись по Роне.

Но недовольство, порожденное хищничеством Карла, не угасло, просто центр его сместился. Низвержение короля Сицилии довелось осуществить родственникам Маргариты — Педро и Констанции, королю и королеве Арагона.

Перейти на страницу:

Все книги серии Историческая библиотека

Похожие книги

Образы Италии
Образы Италии

Павел Павлович Муратов (1881 – 1950) – писатель, историк, хранитель отдела изящных искусств и классических древностей Румянцевского музея, тонкий знаток европейской культуры. Над книгой «Образы Италии» писатель работал много лет, вплоть до 1924 года, когда в Берлине была опубликована окончательная редакция. С тех пор все новые поколения читателей открывают для себя муратовскую Италию: "не театр трагический или сентиментальный, не книга воспоминаний, не источник экзотических ощущений, но родной дом нашей души". Изобразительный ряд в настоящем издании составляют произведения петербургского художника Нади Кузнецовой, работающей на стыке двух техник – фотографии и графики. В нее работах замечательно переданы тот особый свет, «итальянская пыль», которой по сей день напоен воздух страны, которая была для Павла Муратова духовной родиной.

Павел Павлович Муратов

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / История / Историческая проза / Прочее
100 великих кладов
100 великих кладов

С глубокой древности тысячи людей мечтали найти настоящий клад, потрясающий воображение своей ценностью или общественной значимостью. В последние два столетия всё больше кладов попадает в руки профессиональных археологов, но среди нашедших клады есть и авантюристы, и просто случайные люди. Для одних находка крупного клада является выдающимся научным открытием, для других — обретением национальной или религиозной реликвии, а кому-то важна лишь рыночная стоимость обнаруженных сокровищ. Кто знает, сколько ещё нераскрытых загадок хранят недра земли, глубины морей и океанов? В историях о кладах подчас невозможно отличить правду от выдумки, а за отдельными ещё не найденными сокровищами тянется длинный кровавый след…Эта книга рассказывает о ста великих кладах всех времён и народов — реальных, легендарных и фантастических — от сокровищ Ура и Трои, золота скифов и фракийцев до призрачных богатств ордена тамплиеров, пиратов Карибского моря и запорожских казаков.

Николай Николаевич Непомнящий , Андрей Юрьевич Низовский

История / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии
Брежневская партия. Советская держава в 1964-1985 годах
Брежневская партия. Советская держава в 1964-1985 годах

Данная книга известного историка Е. Ю. Спицына, посвященная 20-летней брежневской эпохе, стала долгожданным продолжением двух его прежних работ — «Осень патриарха» и «Хрущевская слякоть». Хорошо известно, что во всей историографии, да и в широком общественном сознании, закрепилось несколько названий этой эпохи, в том числе предельно лживый штамп «брежневский застой», рожденный архитекторами и прорабами горбачевской перестройки. Разоблачению этого и многих других штампов, баек и мифов, связанных как с фигурой самого Л. И. Брежнева, так и со многими явлениями и событиями того времени, и посвящена данная книга. Перед вами плод многолетних трудов автора, где на основе анализа огромного фактического материала, почерпнутого из самых разных архивов, многочисленных мемуаров и научной литературы, он представил свой строго научный взгляд на эту славную страницу нашей советской истории, которая у многих соотечественников до сих пор ассоциируется с лучшими годами их жизни.

Евгений Юрьевич Спицын

История / Образование и наука
1945. Год поБЕДЫ
1945. Год поБЕДЫ

Эта книга завершает 5-томную историю Великой Отечественной РІРѕР№РЅС‹ РѕС' Владимира Бешанова. Это — итог 10-летней работы по переосмыслению советского прошлого, решительная ревизия военных мифов, унаследованных РѕС' сталинского агитпропа, бескомпромиссная полемика с историческим официозом. Это — горькая правда о кровавом 1945-Рј, который был не только годом Победы, но и БЕДЫ — недаром многие события последних месяцев РІРѕР№РЅС‹ до СЃРёС… пор РѕР±С…РѕРґСЏС' молчанием, архивы так и не рассекречены до конца, а самые горькие, «неудобные» и болезненные РІРѕРїСЂРѕСЃС‹ по сей день остаются без ответов:Когда на самом деле закончилась Великая Отечественная РІРѕР№на? Почему Берлин не был РІР·СЏС' в феврале 1945 года и пришлось штурмовать его в апреле? Кто в действительности брал Рейхстаг и поднял Знамя Победы? Оправданны ли огромные потери советских танков, брошенных в кровавый хаос уличных боев, и правда ли, что в Берлине сгорела не одна танковая армия? Кого и как освобождали советские РІРѕР№СЃРєР° в Европе? Какова подлинная цена Победы? Р

Владимир Васильевич Бешанов

Военная история / История / Образование и наука