Читаем Черный куб полностью

« Несколько лет назад. Мне семь, а может и восемь исполнилось. Это был мой день рождения. Тогда я пошёл на ещё один день в лагерь, и по сегодняшнему плану мы должны были идти плавать. Я плавать не умел, да и сейчас не умею и, поэтому мне эта идея показалась очень опасной, но я знал, что у меня есть друзья, которые помогут.

Через несколько часов после построения, мы оказались в большом бассейне, или это было озеро в помещении, я не знаю до сих пор. Было глубоко, и всё что мне надо делать – это держаться на поверхности воды. Это получалось с трудом, но всё же получалось, и я был рад этому.

Но в один прекраснейший момент ко мне подплыл кто-то и начал буквально топить. Я не вру, он взял меня за голову, окунул её в воду и ждал. Чего же он ждал? Я не знаю, возможно хотел и вправду потопить. Но всё таки я смог единожды поднять голову на поверхность и что-то прокричать. И ни воспитатель, ни персонал, который следил за нами и даже ни друзья ничего не сделали. Они просто посмотрели на меня как на какого-то слабака, или шутника, и продолжили заниматься своими делами. Я же продолжал захлёбываться и уже почти не мог дышать, но какое-то чудо прекратило мои страдания, я смог поднять голову и каким-то невероятным образом отплыть от этого ненормального. Этим чудом, мне показалась какая-то очень красивая девушка, и я не мог забыть её образа несколько дней. Потом я просто перестал ходить в эти лагеря.»

(Вот так вот бывает… И, ведь никто не пришёл ни тогда, ни тогда.)

Мне стало грустно, захотелось плакать, но тут пришла мама и сказала: « сынок, ты едешь к папе». И ушла из комнаты.

Папа с мамой не посвящали меня в подробности, но почему-то папа живёт далеко от нас. Наверное это связано с какими-то личными делами.

Я быстро собрал вещи, попрощался с роботом и мамой, вызвал такси и поехал к папе. А через тридцать минут я уже был у него.

– Привет, Айзек! – поздоровался папа. – Давно не виделись.

– Привет, пап! – улыбнулся я.

– Я, вот, приболел немного, поэтому надо сходить в магазин за таблетками… – он прокашлялся – а после обеда, тебя ждёт сюрприз.

Я обрадовался. Мы с папой пошли в магазин за таблетками, а к тому времени наступил обед.

– Кажется обед уже, – сказал папа – значит скоро ты увидишь сюрприз! – он усмехнулся.

Мы пообедали, а после трапезы он сказал: « закрой глаза, Айзек».

Я закрыл глаза. Что-то почувствовал, какую-то большую коробку.

– открывай! – сказал папа.

Я открыл глаза и увидел перед собой большую коробку со сборной моделью большого корабля с белыми парусами.

Я обрадовался.

– Ого! – воскликнул я – это собирать надо?

– Да, Айзек. Ты будешь его собирать… – он кашлянул – а я, если что, тебе помогу.

Он вручил мне большую коробку, а сам покашлял. Я быстро разобрался в том «как собрать эту модель?», и через десять минут уже собирал. Собирал я, как попало. Это увидел папа и остановил меня.

– Айзек, ты, что такой бестолковый? – разгневался он – запомни, собирай аккуратно, детали все клей чётко и в пазы, даже самую маленькую деталь не забывай, ведь ноль – это тоже цифра. – он успокоился.

– Хорошо.

С этих пор, я стал собирать всё чётко и гладко. Такими темпами прошла почти неделя, был седьмой день, на восьмой я уезжал обратно. Оставались только паруса, которые, папа сказал, сделает сам, но надо было купить нитку, как имитацию каната на судне.

– Надо сходить и купить нитку, а заодно и в парк сходим, погодка сегодня хорошая. – с улыбкой на лице сказал папа.

– Ага! – коротко ответил я.

Мы прошли буквально метров сто и папа остановился и закашлял.

– Всё в порядке? Может никуда не пойдём? – забеспокоился я.

– Нет, всё в порядке – он перестал кашлять – идём.

Почти километр был пройден нами, и вот, мы дошли до парка. Мы купили билеты, сели в кабину колеса обозрения и начали любоваться видом нашего города.

– красиво, правда? – спросил я.

Папа вздохнул, будто видит эту красоту в последний раз. Я же перестал его тревожить.

Так мы прогуляли пару часов, а потом пошли домой. Мысль о том, что надо купить нитки, у нас пропала после парка, и мы ничего не купили и пришли домой к вечеру. Он о чём-то думал.

– О чём думаешь, пап? – прервал я его размышления.

– Я? Да, ни о чём…

– А если правда? О чём думал? – я решил во что бы то не стало узнать правду.

– О мечте… я мечтаю достроить этот дом, ради тебя, Айзек. Чтобы ты здесь жил. – сказал гордо он.

– Понятно… – ответил я.

Я ещё долго размышлял о мечте, а позже, мы пошли спать.

На следующий день я прибыл домой.

(В гостях хорошо, а дома лучше)

* * *

По прибытию домой, я сел на стул и начал лентяйничать. И так проходил мой каждый день после приезда. До определённого срока. В этот день был потоп, и каждый в городе был крайне удивлён этому. Все машины затопило по крышу, люди умирали, деревья валились. В общем был хаос, но не просто так. В тот день мама еле-еле добралась до дома, а придя домой, она кое-что сказала: Айзек, твой папа… умер сегодня днём… врачи не смогли его спасти… прости…

( Так! Как, вообще, он оказался в больнице, и от чего он умер?)

Перейти на страницу:

Похожие книги

Психосоматика. Психотерапевтический подход
Психосоматика. Психотерапевтический подход

В данной монографии собраны четыре работы, объединенные психосоматической проблематикой и специфическим – психотерапевтическим – взглядом на рассматриваемые феномены.«Пространство психосоматики» – книга, которая дает представление об общих психосоматических и соматопсихических отношениях.Предмет «Психологии сердца» значительно уже – это кардиологическая патология и роль в ней психического фактора.Книга «По ту сторону вегетососудистой дистонии» посвящена психическому расстройству, которое проявляется соматическими симптомами.В работе «Депрессия: от реакции до болезни» разъясняется суть психического заболевания, которое чаще всего присоединяется к хронической соматической патологии.

Андрей Владимирович Курпатов , Геннадий Геннадиевич Аверьянов

Психология и психотерапия / Психотерапия и консультирование / Образование и наука
Миф об утраченных воспоминаниях. Как вспомнить то, чего не было
Миф об утраченных воспоминаниях. Как вспомнить то, чего не было

«Когда человек переживает нечто ужасное, его разум способен полностью похоронить воспоминание об этом в недрах подсознания – настолько глубоко, что вернуться оно может лишь в виде своеобразной вспышки, "флешбэка", спровоцированного зрительным образом, запахом или звуком». На этой идее американские психотерапевты и юристы построили целую индустрию лечения и судебной защиты людей, которые заявляют, что у них внезапно «восстановились» воспоминания о самых чудовищных вещах – начиная с пережитого в детстве насилия и заканчивая убийством. Профессор психологии Элизабет Лофтус, одна из самых влиятельных современных исследователей, внесшая огромный вклад в понимание реконструктивной природы человеческой памяти, не отрицает проблемы семейного насилия и сопереживает жертвам, но все же отвергает идею «подавленных» воспоминаний. По мнению Лофтус, не существует абсолютно никаких научных доказательств того, что воспоминания о травме систематически изгоняются в подсознание, а затем спустя годы восстанавливаются в неизменном виде. В то же время экспериментальные данные, полученные в ходе собственных исследований д-ра Лофтус, наглядно показывают, что любые фантастические картины в память человека можно попросту внедрить.«Я изучаю память, и я – скептик. Но рассказанное в этой книге гораздо более важно, чем мои тщательно контролируемые научные исследования или любые частные споры, которые я могу вести с теми, кто яростно цепляется за веру в вытеснение воспоминаний. Разворачивающаяся на наших глазах драма основана на самых глубинных механизмах человеческой психики – корнями она уходит туда, где реальность существует в виде символов, где образы под воздействием пережитого опыта и эмоций превращаются в воспоминания, где возможны любые толкования». (Элизабет Лофтус)

Кэтрин Кетчем , Элизабет Лофтус

Психология и психотерапия