Эмма схватила ошарашенную брюнетку за плечо.

– Я так испугалась, – выдохнула она, перехватывая Лилит под руку. – Думала, тебя похитили! Уже хотела к старику бежать. Хорошо, что парад проверила.

– Пойдем! – она потащила её в сторону от обернувшихся аристократок, смеривших их презрительными взглядами. – Все нас уже заждались.

Ⅵ

– Ты чего здесь?.. – спросил Элрик, когда Лилит вошла в церковь. – Лилит, да? Эмма и остальные ребята уже в столовой на обеде…

– Я пришла поговорить с вами – неуверенно сказала она, делая гулкие шаги по кафельному полу. Девушка прошла между рядами пустующих деревянных лавок, приближаясь к пастору.

– Дай ведь учился у вас, – сжав кулаки, продолжила говорить она. – Он что-то сделал, да? За что ему запретили возвращаться. – девчонка исподлобья взглянула в грустные глаза старца. – Расскажите, что случилось пять лет назад? Как с этим связан Дай? И эти слухи…

Мужчина обречённо вздохнул, присев на лавку в первом ряду. Он похлопал свободное место рядом с собой, предлагая Лилит тоже присесть.

– Это неприятная история, – произнес он так дряхло, точно состарился сразу на несколько лет. – Пять лет назад революционеры решили напасть на замок.

Лилит подняла брови. Она слышала в разговоре тех девиц совсем другое.

– Инцидент не афишировали публично, дабы избежать волнений, – пояснил Элрик, заметив реакцию Лилит. – Революция провалилась. Пусть они и устроили отвлекающий маневр, подорвав нежилое здание. Как потом выяснилось, то была лаборатория сектантов.

Революционеры должны были тайно проникнуть в замок с сада, но что-то пошло не по плану – произошёл взрыв. Обрушился кусок крепостной стены. Тяжелые камни полетели прямо на мягкую почву сада, а под ним проходили катакомбы. Целый комплекс старых черных ходов остался под замком еще со времен Первой войны. Конструкции устарели и долго не ремонтировались, их развал был лишь вопросом времени. Вот куски подорванной стены и проломили большую дыру на территории сада.

Свидетелями этого стали двое.

– Дай и…

– Принцесса Алнаира. Её растят втайне от общественности, и я никогда её не видел. Мог лишь слышать о ней из рассказов маленького Дая. Ей пророчили корону, а Даю – службу посла. Маленький одинокий мальчик нашел еще более одинокую девочку. Их связывало нечто большее, чем просто дружба.

Но в тот день она погибла. Упала прямо в образовавшуюся дыру, в катакомбы. Её тело так и не нашли, но признали погибшей.

Дай видел, как это случилось. Но он ненавидит вспоминать об этом. Кажется, он так никому и не рассказал, что на самом деле тогда произошло. Мы можем только догадываться, как выжил он и почему они были дождливым ранним утром в саду.

Тот день остался в памяти всех как «трагедия», неудачная революция со множеством жертв. Но общественность так и не узнала, что настоящей «трагедией» назвали смерть будущей королевы.

– Откуда вы всё это знаете? – непонимающе нахмурилась Лилит.

– Я знал «отца» Дая, прошлого главу семьи Леруш, – Бертрама Леруш, – горько усмехнулся Элрик. – Он рассказал мне. А после и сам пропал.

– Как пропал? – удивленно спросила Лилит. – Не погиб?

– Он и король просто взяли и через год после трагедии исчезли. Если бы народ узнал, революции было бы не миновать.

– А как же Дай? Он что, совсем один остался? И те слухи… – замялась она.

– Конечно же, на такого чувствительного ребенка, как Даймонд, трагедия и исчезновение опекуна наложили большой отпечаток. Его мучали и мучают кошмары по сей день. Три года назад, когда ему исполнилось пятнадцать, он решился отомстить той группе революционеров, виновных в смерти принцессы. И всех их… убил, – тяжело выдохнул старик.

– Я ведь его ещё младенцем помню, – с тихой радостью он посмотрел на свои ладони, точно держал в них ребенка. – Я воспитывал его, учил, что хорошо, а что плохо. Я даже не знаю, в какой момент упустил его, – голос Элрика сорвался на сип. – В те роковые годы он почти не приходил ко мне, а я и не замечал, что он надломлен. Слепо верил в лучшее, ничем не помог, – сказал он и руки его задрожали. – Он не людей в тот день погубил, он себя, свою душу, погубил! – в исступлении причитал пастор, сцепив пальцы в замок. – Это я виноват! Я его погубил!

– На такое массовое убийство не могли же закрыть глаза?.. – пробурчала под нос побледневшая Лилит, не надеясь, что старик сейчас её услышит. Но он услышал.

– Вместо тюремного заключения и смертной казни произвели «обряд посвящения».

– В Орден… – одними губами прошептала Лилит.

– Да, он стал частью тайного Ордена теней. Даймонд обязался до конца своих дней нести верную службу Алнаиру. Его клеймили «Ищейкой», и теперь среди таких же преступников он несет свое бремя пожизненного раба Совета, убийцы.

Теперь Лилит все поняла: поняла, почему Дай так остро отреагировал, когда она сказала что хочет стать «тенью» Ордена, почему до последнего не рассказывал, кем является, почему так неохотно говорил о своем прошлом (вообще не говорил!), держал всё в себе, старался не впутывать Лилит. И… плакал во сне из-за кошмаров.