Читаем Черити полностью

Но это и не требовалось. Гартман посмотрел на экран, приковавший внимание Кайла, и увидел нечто, что в первое мгновение его просто привело в замешательство. Подразделения моронов продолжали убегать в панике, но что-то помешало их отступлению. Несмотря на большое увеличение на экране, Гартман не мог разглядеть подробности, однако заметил, что движение огромной массы резко замедлилось.

Гартман встал, подошел к Кайлу и попытался еще больше увеличить изображение, но оно стало лишь нечетким.

— Что там происходит? — спросил он.

— То, что вы должны были знать, — ответил Кайл и кивнул головой: — Вы должны быть в отчаянии, если испытываете это.

Гартман ничего не понял. Он так наклонился вперед, что почти касался лицом экрана и глаза начали слезиться. На экране можно было различить отдельных моронов только по муравьиному силуэту. Что-то в их движениях было… неверным. Они бежали так, как могут бегать только живые существа, спасая свою жизнь. Но неожиданно все большее количество их замедлило бег и остановилось. А затем Гартман увидел, что среди моронов вспыхнул яростный бой. То тут, то там сверкали лазерные вспышки, но большинство муравьев просто набрасывались друг на друга, хватая щупальцами и пытаясь свалить противника. Битва распространялась быстро, как огонь в степи, но длилась недолго. Муравьи несколько секунд боролись друг с другом, затем вдруг, как будто потеряв всякий интерес к происходящему, остановились. Что же там происходит, о Господи?

— Я думаю, — произнес Гартман, с трудом овладев голосом, — вы должны мне все объяснить, Кайл.

— Я сделаю это, — ответил Кайл. — но не сейчас, Гартман. У нас осталось немного времени. Пойдемте. — Он неожиданно улыбнулся. — Мы должны завоевать звездную империю.

* * *

— Итак, все было так, как рассказывали наши родители, — сказал Старк.

Стало очень тихо в удлиненном полукруглом куполе из стали, в котором жили люди, когда Черити рассказывала спокойным голосом и убедительными словами. Взгляды дюжины мужчин, женщин и детей были прикованы к ней. Они ловили каждое ее слово. Теперь внутри «Шаттла» установилась гнетущая тишина. Черити не нарушала этого молчания. Она очень долго говорила, а затем терпеливо отвечала на все, порой бессмысленные, вопросы Старка. С каждым ответом на свой вопрос вождь становился молчаливее; на его лице недоверие сменилось замешательством, затем осторожным облегчением и, наконец, глубоким почтением и изумлением. Несмотря на то, что Гурк и Скаддер смотрели все нетерпеливее, Черити рассказала братьям и сестрам Френча всю историю: что она принадлежит к группе астронавтов, которые тогда, еще в конце двадцатого столетия, обнаружили космический корабль моронов и сопровождали его в полете к Земле; что она одна из тех немногих выживших людей и происходит из того старого мира, не завоеванного легионами моронов; что она вместе со Скаддером и маленьким отрядом таких же отчаянных и решительных мужчин организовала сопротивление против завоевателей из Вселенной. Одно она опустила. Хотя она рассказала, что полвека провела в искусственном сне, она благоразумно умолчала, что к этому ее вынудил Стоун. Черити была очень рада, что никто из мужчин и женщин не задал ни одного вопроса по поводу необычного вида Гурка. Для обитателей станции пришельцы были богами, и Черити не хотела, чтобы они в этот момент поняли, что боги тоже бывают несогласны и спорят иногда. Так же, как и все люди.

— Итак, все это правда, — повторил Старк. Он смотрел на Черити, но как будто мимо нее, и в его голосе послышалось огорчение, причину которого она сначала не поняла. — История, которую рассказал мне мой отец. Что существует планета, которая… больше, чем наша. Без пауков и их разбойничьих набегов.

— Да, — тихо ответила Черити. — Есть планета Земля. Я и мои друзья прибыли оттуда. И мы не боги, не духи, не какие-то неземные существа. Мы такие же люди, как и вы.

Старк посмотрел сначала на нее, затем на Френча, и Черити торопливо продолжила:

— То, что рассказал Френч, правда. Но мы все же не бессмертны и не неуязвимы. Это было… Она подыскивала подходящее слово. — Феномен, нечто, чего мы и сами не понимаем.

Выражение на лице Старка стало беспомощным. Черити увидела, что он ничего не понял из ее слов. Но как она могла ему объяснить то, чего объяснить невозможно.