Читаем Черити полностью

Таким стал некогда самый большой и красивый город Земли. Ничто уже не напоминало о его былом великолепии. Повсюду, насколько хватало глаз, Черити видела лишь развалины домов, разбитые стекла, проломленные крыши — ни одного уцелевшего здания, ни одного сохранившегося окна. «Наверное, это еще не самые ужасные следы разрушения», — устало подумала она.

Судя по всему, город стал добычей какого-то растительного монстра, медленно и неумолимо поглотившего за последние пять десятков лет дома и улицы, покрывшего все живым саваном, споры которого пришельцы некогда разбросали над городом.

Река превратилась в широкую грязно-бурую канаву, на дне которой виднелись проржавевшие обломки прогулочных пароходов и грузовых барж, некогда бороздивших ее воды. Теперь же по пересохшему руслу струился лишь тонкий мутный ручеек.

К удивлению Черити, уцелело несколько мостов. Их зубчатые, местами оплавленные конструкции и арки, покачиваясь, висели над тем, что когда-то называлось полноводной рекой. Словно в насмешку над всеми усилиями человека чужеземное чудовище не тронуло эти сооружения: на изгибах стрельчатых арок не было заметно ни следа зеленой заразы. Очевидно, высохшее русло реки стало барьером, за который чужая флора почему-то не смогла проникнуть.

Но, пожалуй, самым ужасным из всего увиденного стала башня, гигантская закопченная стальная махина с искореженными боковыми поверхностями, колючими уступами поднимавшимися вверх, к тонкому шпилю, который раскачивался над разрушенным городом. Башня находилась довольно далеко от них. Чужой фиолетово-зеленый свет делал эту многотонную конструкцию нереальной, призрачно-невесомой, но Черити все же смогла рассмотреть ее очертания. Ошибиться было просто невозможно. Любой человек, хоть раз в жизни видевший Эйфелеву башню, сразу узнал бы это сооружение.

При виде башни сердце Черити буквально облилось кровью. С того момента, как она вышла из спального отсека и вернулась на изувеченную Землю, ей пришлось наблюдать столько разрушений, смертей и страданий, что, казалось, ничто больше не сможет ее потрясти. Однако ужасным открытиям по-прежнему не было конца.

Черити видела выжженные города, некогда плодородные поля и долины, на которых теперь уже ничего не вырастет, селения, ставшие одним огромным кладбищем для их жителей, где не удалось спастись никому: ни взрослому, ни ребенку. Тем не менее, вид покрытого буйной растительностью города наполнил ее такой тоской и горечью, которой Черити еще никогда не приходилось испытывать.

Мысль о том, что легионы моронов напали на Землю и подчинили себе, была настолько чудовищна, что Черити захотелось немедленно отмахнуться от нее. Но именно об этом рассказывал ей в подземной крепости Найлз: будто пришельцы, не довольствуясь полной победой над планетой, начали кое-где изменять ее, делая удобной для своего обитания.

Тогда Черити еще многого не понимала и только теперь, увидев все собственными глазами, она осознала подлинные масштабы трагедии. Очевидно, пришельцы накрыли растительным саваном не только этот город, но и всю Землю, поэтому мир, в который вернулась Черити, стал совсем другим. В нем уже не было места повстанцам и мятежникам, да и все они оказались не более чем мошками, которые рискуют быть немедленно раздавлены небрежным движением еще до того, как сумеют причинить чужеземцам хоть какой-нибудь вред.

Черити попыталась отделаться от непрошенных мыслей и сосредоточила свое внимание на причудливой картине, открывавшейся с другой стороны. Так вот во что они хотят превратить Землю: в планету, которая постепенно стала бы полностью непригодной для жизни людей, в совершенно другой мир, населенный чужими животными и растениями, наполненный фальшивыми запахами и звуками под фальшивым небом!.. Но, Великий Боже, что пришельцы сделали с солнцем?!

Слезы текли по ее щекам, но Черити не замечала этого, пока не почувствовала на губах их соленый привкус. Быстрым движением она вытерла глаза и резко отвернулась.

Скаддер по-прежнему находился в той же позе, в которой Черити застала его, прибежав на крик. Шло время, но он даже не шевелился. Черити показалось, что Скаддер почти не дышал. Ее поразила эта застывшая фигура с приподнятой правой рукой, искаженным от ужаса лицом и устремленным на страшный пейзаж взглядом. Судя по всему, Скаддер все видел, но просто не мог поверить в то, что это действительно произошло. Нэт тоже с удивлением рассматривала эту почти сюрреалистическую картину, однако взгляд ее выражал скорее детское любопытство. И только лицо Гурка как всегда оставалось бесстрастным. Он взирал на Черити с насмешливой улыбкой, кривившей его старческие губы, пытаясь таким образом выразить свое презрение всему миру.

Впрочем, она могла ошибаться относительно мимики Гурка. С некоторых пор Черити вообще сомневалась, не заблуждается ли она во всем, что касается карлика.