Пора назвать и фамилию автора статьи о коммунизме – Н.В.Водовозов, о котором в примечаниях к ленинскому ПСС (т. 55, с. 562-563) говорится: «Публицист, один из представителей «легального марксизма». Написал ряд статей по истории общественной мысли и рабочего движения». Вместе с М. И. Водовозовой основал книгоиздательство, в котором в 1899 году вышла книга В.И.Ленина «Развитие капитализма в России». Весьма примечательно: с исследованием Водовозова по коммунизму Ленин не мог не ознакомиться, ссылок в его трудах на него нигде нет. Одно из двух: или не нашлось контраргументов или, что всего вероятнее, счел невыгодным полемизировать с основателем издательства своей книги.

Значит, по Водовозову, коммунизм – это система, не вытекающая из жизни. Запомним: система, отрицающая, отменяющая частную собственность, не вытекает из жизни. Сказано это после создания Лениным (1893 г.) петербургского «Союза борьбы за освобождение рабочего класса». Знаменательный вывод дает и прочтение второго тома словаря Даля (1881 год): слово «коммунизм» в нем отсутствует. Ссылка на то, что Даль – квасной патриот – включал в словарь только исконно русские слова, несостоятельна. Даль включал употребляющиеся в то время слова, чаще всего встречающиеся в обиходной речи. В словаре нашлось место и для «комиссара», «комитета», «компании», «компаса», «коммерции», «кометы», «комизма» – значит, слово «коммунизм» в то время было почти не употребительным, инородным.

Потребности в коммунизме у народа не было, как не было и принятия проповедовавшихся некоторыми теоретиками коммунии нравственных норм, узаконивающих безнравственность, коллективизацию жен: не на голом же месте возникло в первые послереволюционные годы движение «Долой стыд!». Есаул Половцев (М. Шолохов, «Поднятая целина») был образованным, судил о коммунизме не по отретушированным представлениям, а по более ранним и более соответствующим истине источникам. И не клеветой он занимался, когда объяснял казакам, что комиссары загонят баб и мужиков под одно одеяло, обобществят и мужей и жен: получили хождение теорийки, что мужчина и женщина не больше, чем самец и самка, нужные для воспроизводства человеческого стада, как и было при первобытном коммунизме.

КОММУНИЗМ И МНИМОСТЬ

Вернемся к первому составляющему выражения «призрак коммунизма». Призрак, по Далю (т. 3, 1882 год, с. 414) – это «обманчивая видимость, образ, явленье, дух во образе». «Призрачный – невещественный; мнимый, мечтательный, воображаемый; обманчивый, обольстительный, недоступный уму и чувствам, недосягаемый, непостижимый, неуловимый». Все состыковывается!

Если сделать гибрид из сказанного Водовозовым и Далем, то получится: система, отрицающая частную собственность (в те годы Россия, сбросившая путы крепостного права, птицей-тройкой понеслась по стезе предпринимательства, основанного именно на частной собственности), не вытекает из жизни, она обманчива, мнима, бредова, хотя и обольстительна.

Грибоедовский Фамусов ругался: «Все врут календари». Не знаем, как календари, а словари, изданные еще в конце прошлого века, не соврали ни в чем. Расшифровав по ним идиому «призрак коммунизма», мы убедились еще раз в мудрости наших предков, сразу распознавших, что же за бомбу замедленного действия подкладывают под Россию.

Наши американские друзья шутили: «Нам коммунизм не страшен. Его призрак Маркс и Энгельс увидели только в Европе».

Осторожный, умный, предусмотрительный С. И. Ожегов в своем знаменитом словаре русского языка «призрак» определил как «образ кого- чего-нибудь, проявляющийся в воображении, видение, то, что мерещится» (М., 1987 г., с. 511).

БРАВО, СЛОВАРИ!

Последним словом языковед поставил все точки над «i» в том, что нас интересует. Мерещится – это обычно из области ирреального, от сатаны. Призрак коммунизма – это нечто сатанинское, чего надо остерегаться. Браво, словари!

Нам навязали то, чего не было. И сколько же специалистов преуспело и преуспевало на этом, скажем так, не самом чистом поприще!

ПРОФЕССОРА ШАРЛАТАНСТВА

В стране насчитывалось больше тысячи учебных институтов самых различных профилей, у них было одно – непременно! – общее: кафедра марксизма-ленинизма или кафедра основ научного коммунизма. Почему преподавали именно научный коммунизм, почему не было курса научного капитализма или научного социализма, и чем научный коммунизм отличался от просто коммунизма, ведомо было лишь ЦК партии, его Агитпропу и главному управлению преподавания общественных наук – фактически стержневому управлению, действительно самому главному в Министерстве высшего и среднего специального образования СССР. И самому необходимому в той системе.

Когда мы идем в цирк на представления Игоря Кио, знаем: он будет нас дурачить. И все равно ахаем и охаем от удивления и удовольствия, охотно разрешаем себя одурачить, верим в чудеса, которых нет: и распиливаемая ассистентка останется жива, и во льва она превратиться не может.