Читаем Часодеи читают Часодеев (СИ) полностью

Всю дорогу Василиса с Лешкой слушали школьные истории Жабы: то он намазал жирным кремом все ручки кабинетов, а потом всю перемену слушал вопли учителей и учащихся; то подкинул директору дохлую мышь в портфель; то поджигал «дымовушки» под дверью учительской. Однажды он вообще уговаривал младшеклассников скинуться деньгами на покупку воздушных шариков, чтобы всем вместе улететь на них в Китай, причем действительно собирался устроить такой эксперимент.

— Надо будет также над Мандигором поиздеваться. — хмыкнул Нортон.

— Не советую! — засмеялась ЧК. — Хотя, отличная мысль!

— А как там у этого лысика дела? — поинтересовалась Василиса.

— Да ничего! — ответил Лазарев. — Всё такой же…

— Надо каждому взять рифленый карандаш, — учил он Лешку, — и катать его по полу. Когда все вместе это делают, такой выходит противный звук — умереть можно! Или, прикинь, на диктофон мобильного записываешь школьный звонок, а потом включаешь под каким-нибудь кабинетом… Ведутся!

— А мы нашей классной будильник в сумку подкинули! — поделился опытом школьных будней Лешка. — Все контрольную пишут, она книгу так спокойненько читает… И вдруг — как зазвенит! Вот переполоху-то было!

— Ну и веселуха! — засмеялась Диана. — Хочу к вам.

— Подумаю. — призадумался Рознев.

— А у нас ничего такого не происходило. — Василиса даже расстроилась. — Все тихо… На гимнастике вообще строго — Ольга Михайловна любую шалость заметит.

— Я ведь тоже ходил на гимнастику, — сказал вдруг Жаба. — Только на спортивную. Но меня вскоре выгнали.

— Как выгнали?! — изумилась девочка.

— Опять хулиганил небось. — хмыкнула Гроза.

— Верно мыслишь, Грёз. — подмигнул Данила.

— А вот так, несправедливо, — развел руками парень. — Однажды перед самыми соревнованиями нашему тренеру пришлось срочно уехать. Ну вот я предложил потренироваться недельку в лесу: жить вот как сейчас — в палатках, а с самого утра бегать, прыгать, растягиваться. Короче, своих-то я уговорил — у меня природный дар убеждения. — Он горделиво выпрямился и хлопнул себя в грудь. — Но вот с погодой нам не повезло: дождь лил, громыхало постоянно. Короче, почти все заболели, команда никуда не поехала, тренера чуть инфаркт не хватил. Так а я что, виноват? Я за погоду не в ответе. Потом с футбольным тренером вообще получилось круто… Короче, не любит меня спорт, не любит.

— Хех, бродяжка… — усмехнулся Норт.

— Он вовсе не бродяжка! — возразил Лёшка, и тут он внезапно остановился: — Или же…о боже правда!

— Ты только щас заметил?! — засмеялся Марк.

— Наконец-то! — завидев ребят, крикнул Серега. — Рита как раз начала списки проверять. Несдобровать нам всем, если бы она узнала…

— Что бы узнала? — Рита грозной тенью выросла у него за спиной.

— Ничего особенного, — не растерялся вожатый. — Я соль забыл, но вот — они взяли.

— Выкрутился. — хмыкнула Николь.

— Ага, взяли, — расплылся в улыбке Жаба.

— Подумаешь, проблема, — фыркнула Рита. — Гречневую кашу с мясом, сваренную на костре, они и без соли съедят. Главное, что все на месте и никто не ходит по лесу без разрешения.

Она гордо удалилась, оставляя ребят давиться от еле сдерживаемого смеха.

— Ладно, идите лучше помогите, — прикрикнул на них Сергей.

С кашей провозились до самых сумерек: каждый хотел помочь, самолично добавить чего-нибудь в котелок. Отталкивая друг друга локтями, все лезли попробовать, помешать, подкинуть дров и наперебой давали «ценные» советы.

— Такая жажда поесть! — засмеялась Захарра.

— У многих она была. — улыбнулся Фэш.

Поняв, что делать возле костра нечего, Василиса тихонько отошла в лес. Убедившись, что отсюда не видно лагеря и никто за ней не подглядывает, она присела на старый пенек и вызвала часолист — надо же посмотреть, что за урок прислал ей отец.

— Всё — таки не забываешь мои уроки. — улыбнулся Нортон. — Молодец.

И действительно, пришло новое письмо, озаглавленное просто: «Эфер кокона». Чем больше Василиса вчитывалась в него, тем больше приходило понимание — этот часовой эфер ей знаком. Она вспомнила, как прочертила спираль вокруг себя ЧерноКлючом и благодаря этому выскочила из ловушки — временной петли, сотворенной Еленой Мортиновой.

— Верно подметила! — поддержала Диара. — Так оно и было.

— До сих пор горжусь своей невестой. — улыбнулся Фэш.

— Я тоже тобой много чем горжусь. — улыбнулась в ответ Василиса.

Оказывается, это интуитивное движение Василисы и называлось «эфером кокона». Что бы сказал Фэш, если бы узнал об этом?

— Я бы подумал, почему ты от меня это всё скрывала. — хмыкнул Фэш.

Василиса внимательно перечитала письмо, чтобы запомнить: вращаясь вместе с ЧерноКлючом по кругу, часовщик делает спираль, освобождающую его из любого часового потока, коридора, петли, портала — в общем, из любого временного пространства. Но почему отец напоминает об этом? Неужели ей вновь придется столкнуться с некой ловушкой, и отец, рассказывая об эфере кокона, хочет предупредить ее?

— Верно мыслишь. — кивнул Нортон.

— Много Василиса получила сегодня комплиментов! — засмеялся Норт.

— Я просто особенная. — с улыбкой ответила Василиса.

— С этим не поспоришь. — подмигнул Маар.