Читаем Чайная роза полностью

— Проведем мозговую атаку. Вот тебе бумага и карандаш. Мад, и тебе тоже. Для начала перечислим все хорошее, что есть в твоем чае, все его достоинства и посмотрим, не окажется ли там слов, из которых можно будет составить короткую, броскую и запоминающуюся формулу. По-нашему слоган.

Все трое начали строчить, подкидывая друг другу эпитеты.

— Бодрящий… опьяняющий… бисквитный… — сказала Фиона.

— Бисквитный? — повторил Нат.

— Так называют запах, который издает правильно нагретый чайный лист.

— Слишком специально. Давай дальше.

— Э-э… успокаивающий… возбуждающий…

— Так успокаивающий или возбуждающий?

— И то и другое.

— Как это может быть?

— Сама не знаю, но так оно и есть.

— Медно-красный… крепкий… дерзкий… — сказала Мадди.

— Освежающий… укрепляющий… тонизирующий… — сказал Нат.

Какое-то время трое друзей продолжали в том же духе. На бумагу ложились один эпитет за другим, но все было не то. Наконец Нат топнул ногой, вздохнул и постучал карандашом по стойке, заглянул в листок Мадди, проверяя, не пропустили ли они что-нибудь, а потом перешел к записям Фионы.

— Эй, Фи! — воскликнул он. — Что это ты тут написала?

— Ничего. Просто каракули.

— Да нет, неплохо. Даже отлично! Глянь-ка, Мадди.

В нижнем левом углу Фиона написала «tasty»[41]. Потом зачеркнула его и написала «tasty tea»[42], затем «tastea», а потом стала рассеянно играть английскими словами, меняя окончание «-ty» на «-tea»: «рерити»[43], «куолити»[44]…

— Похоже, в этом что-то есть! — с воодушевлением воскликнул Нат. — Ей-богу! Что вы скажете насчет «ТейсТи — ты дело чесТи… банка из жесТи»… нет, последняя часть не годится. Гм-м… что еще можно придумать? БесТи… весТи… гесТи… десТи… зесТи… кесТи… лесТи… месТи… несТи… песТи… сесТи… тесТи… фесТи… хесТи… цесТи… чесТи… шесТи… щесТи… — начал бормотать он.

— Что ты сказал? Мести? — с жаром переспросила Фиона. — В самую точку, Нат!

— Нет… нет, «вместе»! — воскликнула Мадди.

— Есть, cara[45]! — завопил Нат и поцеловал жену. — Давай-ка посмотрим! ТейсТи… ТейсТи… лучший без лесТи… ты дело чесТи…

— …мы всегда вместе! — закончила Фиона.

— Да! Да! Идеально! Мад, ты сможешь написать это на знамени?

— Si-si[46], места хватит, — ответила Мадди.

— Ну вот, Фиона, ты и получила свой слоган! Можешь печатать его в газетах, помещать на досках объявлений, омнибусах и использовать для оформления упаковки.

— Огромное спасибо вам обоим! Это просто здорово! — воскликнула Фиона и пожала Нату руку. — Надо же, мой собственный бренд чая! О господи, я надеюсь, что он будет продаваться! Просто обязан. У дверей стоят пять тысяч фунтов этого чая плюс дядя, который готов меня вздернуть.

— Конечно будет, — заверил Нат. — А как же может быть иначе, если за твоей спиной стоит агентство «Брандолини и Фелдмен»? И еще одно, Фиона, — с жаром добавил он. — Этот бренд — только начало, только верхушка айсберга. Видов чая много — значит, и смесей может быть сколько угодно, верно?

— Верно. Виды чая насчитываются десятками.

— Только представь себе, сколько чая можно продать под фирменным названием «ТейсТи». Представь себе, что маленькая чайная, которую ты хочешь открыть, становится самым модным местом в городе, а потом превращается в сеть! Представь себе чайные «ТейсТи» в Нью-Йорке, Бруклине, Бостоне, Филадельфии…

— …по всему Восточному побережью и всей стране! — воскликнула Фиона.

— Оптовые поставки лучшим отелям! — сказал Нат.

— …лучшим магазинам… — продолжила Фиона.

— …железным дорогам и пассажирским судам, — добавила Мадди.

— А вы двое не будете заниматься ничем, кроме объявлений «ТейсТи», рекламных кампаний, разработки образцов упаковки и…

— Успех будет громадный, — широко улыбаясь, сказала Мадди. — Для всех нас!

Фиона засмеялась, взяла подругу за руки, и они кружились по магазину до тех пор, пока не зашатались. Нату пришлось поддержать их. Они так шумели, что не заметили мальчика лет десяти, остановившегося на пороге с шапкой в руках. Он немного постоял, с тревогой следя за хозяевами, потом подошел к Нату и потянул его за рукав.

— Простите, сэр…

— Извини, сынок, — ответил Нат. — Я тебя не видел. Чем могу помочь?

— Здесь живет Фиона Финнеган?

— Да, это я, — сказала Фиона, опершись о прилавок и пытаясь отдышаться.

— Мисс, вы должны пойти со мной. Срочно. — Мальчик устремился к двери. — Меня зовут Стиви Маккай. Моя мама велела привести вас. Говорит, что наш жилец, мистер Сомс, умирает.

Фиона поднималась по лестнице дома 24 на Восемнадцатой улице, шагая через ступеньку. Все мысли о чае и чайных разом вылетели у нее из головы. Теперь ею владела только одна мысль — страх потерять лучшего друга на свете.

Пока они ехали в кебе, Стиви сообщил, что его мать узнала о болезни Ника только сегодня днем. Срок арендного договора закончился, и она пошла выяснять, собирается ли жилец его продлять. Когда никто не ответил на стук, она позволила себе войти. И обнаружила Ника в спальне. Он был очень болен.

— Чем, Стиви? — спросила Фиона, боясь услышать ответ.