Читаем Camp America полностью

Но зато они с другом неплохо провели здесь время и хорошо узнали город, в поисках работы облазив его вдоль и поперек. И хотя почти ничего не заработали, от Америки в целом и этого города в частности у них остались самые приятные впечатления.


На следующий день я выхожу прогуляться, и Лёша устраивает мне нечто вроде экскурсии по городу, вернее по его главной улице — Маркет-стрит (Market Street). Сан-Франциско вообще-то достаточно холмистый город, но эта улица прямая и ровная, как Невский проспект. Сходство с Невским её придает и старая, похожая на европейскую и радующая глаз архитектура, без привычных высотных зданий. Широкий тротуар, попадающиеся иногда уличные торговцы, гуляющие жители города и туристы, деревья с пышной листвой — приятная и оживленная улица. По ней мы шли от района Сома («Soma» или «South Market»), где располагался наш хостел, до самого побережья сан-францисского залива.

— Вот, смотри бомжи, — заметил Лёша, показывая на бродягу, раскладывавшего на окраине тротуара какие-то хрустальные изделия — видимо, в надежде их продать. — Вечером, а иногда и днем продают здесь ворованные вещи. Я достал здесь вот такой усилитель, — показывает руками нечто огромное. — Всего за семь долларов. Здесь также продают наркотики, причем совершенно открыто, не стесняясь полиции. Но копам на это, похоже, наплевать. Вообще, в Сан-Франциско легкие наркотики — травка и прочее — фактически легализованы.

Идем дальше. Негр стоит у проезжей части и кричит что-то, как будто обращаюсь к кому-то на другой стороне улицы.

— Не обращай внимания. В Сан-Франциско полно разных психов. Они вообще-то не опасны, только кричат или сами с собой разговаривают. Недавно в парке, помню, слышу, чей-то голос — будто человек спорит с кем-то. Подхожу, смотрю — мужик один сидит на скамейке и говорит сам с собой. Такого народу здесь много. Очевидно, у них денег на содержание всех психов не хватает, и они тех, кто не буйный, выпускают на улицу.

Я вижу на углу чистильщика сапог, вспоминаю его чикагского коллегу и рассказываю про него Лёше:

— Ха, — отвечает тот. — Негры — они вообще известные болтуны. Могут два часа лапшу на уши вешать или целое представление устроить, лишь бы мелочь выпросить. Я недавно одному даже два доллара дал, но он мне такой спектакль разыграл: сказал, что он профессор, приехал сюда на научный симпозиум, но потерял деньги, оказался из-за этого на улице и далее в том же духе.

— Да, это наверно стоило двух долларов.

— Конечно, стоило!

— То есть, как я понял, все эти бродяги, психи, попрошайки — они не портят впечатление от города, а наоборот — добавляют в него что-то особенное.

— Вроде того.

— А при всем при этом как здесь с безопасностью?

— Да нормально, почти везде здесь можно спокойно гулять.

Я хочу остановиться, когда на светофоре загорается красный свет, но Леша смело идет вперед:

— Ты что стоишь? Не бойся, водители подождут. Я здесь вообще забыл правила дорожного движения — перехожу улицу, когда захочу. У них водители очень вежливые — всегда будут ждать и даже не посигналят.

Мы дошли до площади перед портом Сан-Франциско, старом красивом здании с башней и большими часами, похожим на один из московских вокзалов, и встретили Лешиного друга. Он в это время катался там скейтборде. Мы с ним поболтали немного, а узнав, что я учусь на журфаке МГУ, он сказал:

— Так, ты закончил третий курс. Получается, начал учиться в 2001. Надо же, именно в этот год я приезжал в Москву, чтобы поступить на ваш факультет. Тогда экзамены я не сдал и остался учиться в нашем Уральском университете. А если бы поступил, мы сейчас были бы сокурсниками.

Вот такая неожиданная встреча произошла со мной в Калифорнии. Впрочем, таких случаев со мной впоследствии случится немало — как гласит банальная поговорка, мир тесен.


История Сан-Франциско берет свое начало от фортов испанских солдат и поселений монахов-францисканцев конца 18 века. Но настоящий город под названием Йерба-Буэна возник на этом месте только в 1835 году. В начале американо-мексиканской войны 1846-48 годов солдаты США захватили его и переименовали в Сан-Франциско. Развитию города способствовало несколько причин: открытие в этих местах месторождений золота и последовавшая за этим «золотая лихорадка», окончание строительство трансконтинентальной железной дороги, о которой я рассказывал в одной из предыдущих глав, и активная тихоокеанская торговля через построенный в этом городе порт. В двадцатом веке Сан-Франциско два раза — в 1906 и 1989 годах — испытал сильнейшие землетрясения, но пережил эту катастрофу и в начале двадцать первого века выглядел очень неплохо.

Застройка Сан-Франциско отличается от других американских городов. Крупный город в США обычно построен таким образом: в центре находится даунтаун с небоскребами и основными достопримечательностями (если они, конечно, есть), а окружают его многокилометровые районы с жилыми домами в несколько этажей. Таковы, в общих чертах, Чикаго, Денвер, Лос-Анджелес или Атланта.

Перейти на страницу:

Похожие книги

О войне
О войне

Составившее три тома знаменитое исследование Клаузевица "О войне", в котором изложены взгляды автора на природу, цели и сущность войны, формы и способы ее ведения (и из которого, собственно, извлечен получивший столь широкую известность афоризм), явилось итогом многолетнего изучения военных походов и кампаний с 1566 по 1815 год. Тем не менее сочинение Клаузевица, сугубо конкретное по своим первоначальным задачам, оказалось востребованным не только - и не столько - военными тактиками и стратегами; потомки справедливо причислили эту работу к золотому фонду стратегических исследований общего характера, поставили в один ряд с такими образцами стратегического мышления, как трактаты Сунь-цзы, "Государь" Никколо Макиавелли и "Стратегия непрямых действий" Б.Лиддел Гарта.

Карл фон Клаузевиц , Юлия Суворова , Виктория Шилкина , Карл Клаузевиц

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Книги о войне / Образование и наука / Документальное
Покер лжецов
Покер лжецов

«Покер лжецов» — документальный вариант истории об инвестиционных банках, раскрывающий подоплеку повести Тома Вулфа «Bonfire of the Vanities» («Костер тщеславия»). Льюис описывает головокружительный путь своего героя по торговым площадкам фирмы Salomon Brothers в Лондоне и Нью-Йорке в середине бурных 1980-х годов, когда фирма являлась самым мощным и прибыльным инвестиционным банком мира. История этого пути — от простого стажера к подмастерью-геку и к победному званию «большой хобот» — оказалась забавной и пугающей. Это откровенный, безжалостный и захватывающий дух рассказ об истерической алчности и честолюбии в замкнутом, маниакально одержимом мире рынка облигаций. Эксцессы Уолл-стрит, бывшие центральной темой 80-х годов XX века, нашли точное отражение в «Покере лжецов».

Майкл Льюис

Финансы / Экономика / Биографии и Мемуары / Документальная литература / Публицистика / О бизнесе популярно / Финансы и бизнес / Ценные бумаги