Читаем Camp America полностью

В Калифорнии количество машин чрезвычайно велико и по здешним дорогам, ширина которых достигает подчас восьми-десяти полос движения, они несутся с огромной скоростью. Останавливаться им запрещено, да и просто невозможно. Поэтому автостоп здесь возможен только на «экзитах» (exit) — въездах и выездах с хайвея. Есть и другая причина, с которой придется столкнуться любому, кто решит путешествовать по Америке автостопом, — дорожная полиция, которая, как мне показалась, следит здесь за дорогами лучше, чем в других штатах. Я по глупости своей стоял на хайвее, пытаясь остановить несущиеся со скоростью 70-90 миль в час машины. Продолжалось это бессмысленное голосование большн получаса, пока ко мне не подъехала полицейская машина. Причем её водитель остановился не просто на обочине, как бывает в таких случаях, а наполовину заехал с машиной в кювет, боясь, наверно, как бы проезжающие автомобили случайно её не задели. Вышел молодой полицейский. Стандартная процедура: кто, куда, зачем.

— Парень, здесь голосовать запрещено, да и просто опасно, — предупредил он. — Плотный трафик, большая скорость. Так что я тебя подвезу до ближайшего «экзита». Там ты сможешь найти кого-то, кто едет в Сан-Франциско.

Этот полицейский оказался довольно доброжелательным. Он даже не поинтересовался моими документами, чтобы проверить, числятся ли за мной какие-то преступления. Только доехав до «экзита», он спросил мое имя и сказал напоследок:

— Так вот, Артем (Эртем — так, с ударением на первом слоге, обычно произносят мое имя американцы). Не голосуй большей на интерстейт хайвеях. Желаю удачи.

Автостопом мне в итоге пришлось ехать всю ночь. Я сменил три машины, и уже утром с железнодорожной станции в пригороде Сан-Франциско, до которой меня довез последний водитель, на электричке доехал до города. Ближайший и самый дешевый хостел находился сравнительно недалеко, так что я пешком дошел до него и устроился на несколько дней.

На сей раз ночь в хостеле стоила 15 долларов. 4 человека в одной комнате, раковина, остальные удобства на этаже. Внизу располагался холл, разделенный на две половины: кухню и комнату отдыха. Там обычно утром и вечером собирались люди, дискутировали о чем-то, смотрели кино или просто отдыхали. В этом месте подобралась довольна разношерстная и интересная публика. Если в других хостелах обычно останавливаются путешественники, то здесь собрались, в основном, американцы. Кто-то безработный, живущий на пособие по безработице и всякого рода дотации от государства, кто-то работает, но продолжает жить в хостеле. Очень много людей живет здесь постоянно, так что есть возможности познакомиться с другими людьми. Что многие и делают: стоит провести в хостеле одну неделю — и ты уже знаешь всех его обитателей.

Служащая хостела, зарегистрировав меня в номере, сказала, что здесь уже живет один русский и она может поселить меня в тот же номер. Так что вечером, уже выспавшись как следует после бессонной ночи, я познакомился со своим только что пришедшим соотечественником. Как обычно в таких случаях разговор начался по-английски:

— Hello, — произнес парень, вошедший в комнату в то время, как я доставал вещи из своего рюкзака.

— Hello, — отозвался я.

— Привет.

— Здрасте.

— Упс! — ответил он американским выражением, обозначающим некоторую обескураженность. — Клево, мне сказали, что тут русский поселился, я аж удивился.

Парня звали Лешей, был он родом из Екатеринбурга. Он с другом приехал в Сан-Франциско по программе «Work&Travel» — наверно, самой популярной рабочей программе для студентов. Отправились они в Америку без контракта с работодателем: агентство не нашло им работы и представило в посольство какие-то липовые документы (визу по студенческой программе дают, только если у тебя есть на руках контракт с конкретным работодателем). Но друзей это не волновало, и они по приезде в Америку сразу рванули в Сан-Франциско. Тут они и жили несколько месяцев, поработав во множестве разных мест.

В Сан-Франциско, как я выяснил, разговорившись с Лешей, очень трудно найти хорошую работу. Подтверждается правило, которое я слышал в Пенсильвании от подвозившего меня рабочего, — в южных штатах работу найти труднее, чем на севере. В Калифорнии поиск хорошего места — очень долгий и хлопотный процесс. Сюда из-за климата и славы Сан-Франциско приезжает много людей, так что предложение рабочей силы очень большое. На мой вопрос, можно ли здесь найти работу на стройке (где часто работают приезжие в других штатах), Лёша ответил, что "это просто unreal[14] ".

Так что заработки на ручной работе здесь ниже, а при высоких (по сравнению со среднеамериканскими) ценами, заработать много денег бывает сложно. Впрочем, екатеринбуржцы не особенно переживали по этому поводу. Лёша работал в ресторане всего несколько дней в неделю, а через пару дней после моего приезда вообще был уволен. Его приятель устроился на работу в отель, где в счет зарплаты жил в одном из номеров, а сам Лёша уже давно обосновался в хостеле — никакого другого более дешевого жилья он найти не смог.

Перейти на страницу:

Похожие книги

О войне
О войне

Составившее три тома знаменитое исследование Клаузевица "О войне", в котором изложены взгляды автора на природу, цели и сущность войны, формы и способы ее ведения (и из которого, собственно, извлечен получивший столь широкую известность афоризм), явилось итогом многолетнего изучения военных походов и кампаний с 1566 по 1815 год. Тем не менее сочинение Клаузевица, сугубо конкретное по своим первоначальным задачам, оказалось востребованным не только - и не столько - военными тактиками и стратегами; потомки справедливо причислили эту работу к золотому фонду стратегических исследований общего характера, поставили в один ряд с такими образцами стратегического мышления, как трактаты Сунь-цзы, "Государь" Никколо Макиавелли и "Стратегия непрямых действий" Б.Лиддел Гарта.

Карл фон Клаузевиц , Юлия Суворова , Виктория Шилкина , Карл Клаузевиц

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Книги о войне / Образование и наука / Документальное
Покер лжецов
Покер лжецов

«Покер лжецов» — документальный вариант истории об инвестиционных банках, раскрывающий подоплеку повести Тома Вулфа «Bonfire of the Vanities» («Костер тщеславия»). Льюис описывает головокружительный путь своего героя по торговым площадкам фирмы Salomon Brothers в Лондоне и Нью-Йорке в середине бурных 1980-х годов, когда фирма являлась самым мощным и прибыльным инвестиционным банком мира. История этого пути — от простого стажера к подмастерью-геку и к победному званию «большой хобот» — оказалась забавной и пугающей. Это откровенный, безжалостный и захватывающий дух рассказ об истерической алчности и честолюбии в замкнутом, маниакально одержимом мире рынка облигаций. Эксцессы Уолл-стрит, бывшие центральной темой 80-х годов XX века, нашли точное отражение в «Покере лжецов».

Майкл Льюис

Финансы / Экономика / Биографии и Мемуары / Документальная литература / Публицистика / О бизнесе популярно / Финансы и бизнес / Ценные бумаги