Читаем Бусый Волк полностью

Отшельник помолчал, и Бусый, глядя на него, увидел очень старого и очень усталого человека. С сизыми венами на сухих руках и измученным сердцем. Ему снова захотелось пригласить старика к себе в род, чтобы не сидел тут, на своём озере, заброшенным сиротой.

– А теперь, малыш, самое главное, – распугал все его мысли голос Кузнеца. – Когда уйдут эти пятеро, нужно будет уходить и тебе, причём без особого промедления. Родичи всё равно тебя не защитят, только сами погибнут. Куда идти? Это вы с Соболем решите, думаю, он сумеет дать тебе добрый совет.

Бусый нахохлился, и старик неожиданно рассмеялся.

– Не горюй, малыш. Веннскому парню всё равно когда-то нужно будет жениться в другой род, уходить из дому, и разве это так уж для него страшно?.. Что ещё… Никому не рассказывай, что был у меня. Даже родителям-Белкам и Соболю. Никто не должен узнать, что ты можешь вспомнить, увидеть даже то, что происходило не с тобой и далеко от тебя. Этот дар называется ясновидением, однажды он может славно выручить тебя, но может и погубить, особенно если о нём узнает Мавут. Пользуйся им с осторожностью. А самое главное, мальчик мой… Самое главное – ничего не бойся. И никого.

Наковальня была огромной. И, наверное, неподъёмно тяжёлой. Как удалось старику когда-то затащить её сюда, на такую высоту? Непонятно. Ещё удивительнее было то, что Таемлу с Бусым нередко оказывались у этого места, но огромная наковальня, открыто стоящая на заметном уступе, ни разу не привлекла их зоркие взгляды.

Да, много было странного в Особенном месте…

В воздухе была разлита неподвижная полуденная жара, но солнце уже спряталось. С востока, где угадывалась равнина, подходила сплошная стена чёрных грозовых туч, и среди них уже были видны далёкие проблески золотых нитей.

Бусый с Кузнецом стояли по обе стороны от наковальни и в очередь били по ней молотами. Таемлу зачарованно наблюдала, слушала, как древний старик и маленький мальчик творят на её глазах самое настоящее волшебство, дают начало чудотворной мелодии Созидающих Звуков. Горный Кузнец легонько ударял маленьким молоточком, и тут же на это же место со звоном падала кувалда Бусого. Мальчишка выполнял сейчас работу молотобойца, подручного великого Мастера.

Приближалась гроза. Да такая, какую не каждому человеку дано увидеть за всю свою жизнь. Всё вокруг притихло, замерло в опасливом ожидании, тишину пронизывали лишь рёв недалёкого Водопада да звон ударов двух молотов – большого и маленького – по наковальне. Не было слышно ни дуновения ветерка, хотя Горный Кузнец и дети стояли на самой вершине горушки, нависшей над Водопадом. Несмотря на духоту и работу, у Бусого по спине бегали мурашки. Он знал, что в его судьбе участвовали теперь совсем уже исполинские силы, ему на помощь шёл сам Бог Грозы. Вовсю гнал свою Колесницу сюда, на перезвон молотков.

Горный Кузнец умел ударами молота подсказывать путь ветрам, управлять движением облаков, но грозовые тучи оставались ему, конечно же, неподвластны. «Богу Грозы, – объяснял он Бусому, – никто не указ. Ни виллы, ни я. Другое дело, всякий может обратиться к Нему с просьбой, с молитвой, и Он ответит. Только мало кто из нынешних людей способен услышать ответ Бога. У меня это тоже далеко не всегда получается… Сегодня нам повезло: я молился Громовержцу, просил помочь Таемлу и тебе. И мне удалось услышать, что Он согласился. Я не ошибся в вас, дети. Теперь всё должно быть хорошо…»

Высоко подняв голову, Кузнец вслушивался в грозную, но ещё не слышимую обычным ухом музыку приближающейся стихии. Вслушивался в Божественную мелодию – и вплетал в неё звук своего маленького, но звонкого молота. Бусый подхватывал мелодию и вёл её дальше, ударяя кувалдой в то место на волшебной наковальне, которое указывал ему своим молоточком старик.

Молотобойцы не просто подпевали Богу Грозы, они немного изменяли эту Песнь, подправляли ритм неудержимой стихии. Бусый не боялся оскорбить Того, Кому молился его народ, он помнил, что Бог Грозы тоже некогда махал молотом в кузнице у Самого Первого Кузнеца. Сегодня Он щедро дарил Своим верным божественную грозу, но вот управлять движением этой силы здесь, на земле, предстояло уже людям. Если смогут, конечно.

Бусый не очень понимал, что именно делал Кузнец, куда именно он стремился увести Песнь, только чувствовал, что действовал старик с небывалой точностью и вдохновением. Божественная мелодия, расцвеченная умело вплетёнными в неё Звуками молотов, становилась прекрасной уже настолько, что от восторга перехватывало дыхание.

В небесах начиналась потешная битва. Подобие кулачного боя, радостного и ярого, только вместо бойцов-людей здесь сошлись исполины.

Время от времени Бусый с восторгом и невольной робостью вскидывал глаза. Стало темно почти как ночью. Чёрные клубящиеся громады со всех сторон обступили горушку, медлительно устремились по кругу, сошлись в причудливом танце, перемешиваясь и сталкиваясь друг с другом. И мальчишка с молотком ощутил, что действительно изменяет движения исполинов. Совсем немного, чуть-чуть. Но этого «чуть-чуть»