Читаем Буденный полностью

В ночь на 5 июля Буденному доложили, что 51-я армия с боями отошла на юго-восток, а 37-ю армию гитлеровские танки обошли с обоих флангов, войска 12-й и 18-й армий оттеснены неприятелем с рубежа Дона к реке Кагальник. Но Буденный не растерялся, его спокойствие, умение сплотить людей в трудный час должным образом оцепила и Ставка. Стремясь укрепить руководство войсками на Северном Кавказе, Ставка 28 июля объединила Северо-Кавказский и Южный фронты в Северо-Кавказский фронт под командованием маршала Буденного. Заместителями командующего фронтом были назначены генерал— лейтенант Р. Я. Малиновский и генерал-лейтенант А. И. Антонов. Перед Северо-Кавказским фронтом стояла задача не только задержать продвижение противника на юг, но и во что бы то ни стало восстановить положение по левому берегу Дона.

Вскоре вновь развернулись ожесточенные бои. К середине июля войска противника подошли к излучине Дона. Войска Северо-Кавказского фронта сражались самоотверженно. Но враг, не считаясь с большими потерями, рвался к Сталинграду. Глубокой ночью, когда Буденный вернулся в штаб, ему позвонили из Ставки. Маршал доложил, что по всему фронту идут упорные бои. Воины армии и флота дерутся до последнего.

— Да, положение у вас тяжелое, — сказал Василевский. — Я понимаю, но Ставка пока резервами помочь не может. Никак не может, Семен Михайлович. Вчера, 26 июля, немцы прорвали оборону 62-й армии и вышли в район Каменского. Верховный приказал бросить туда 1-ю и 4-ю танковые армии, чтобы если не остановить, то хотя бы задержать врага. На днях вы получите очень важный приказ Верховного Главнокомандующего № 227, и я прошу вас лично довести его содержание до войск фронта.

Вскоре приказ был получен. В нем прямо говорилось, и это Буденный прочел особенно внимательно, что «отступать дальше — значит загубить себя и вместе с тем нашу Родину… Ии шагу назад без приказа высшего командования. Таков призыв нашей Родины…». Наутро всем войскам Северо-Кавказского фронта был зачитан приказ наркома обороны И. В. Сталина. Однако этим маршал не ограничился. Он произвел перегруппировку войск. 56-я армия заняла Краснодарский район обороны, 17-й казачий кавалерийский корпус был выведен на рубеж реки Куго-Еи (приток реки Еи) для нанесения контрудара совместно с войсками 18-й армии, а 1-й отдельный стрелковый корпус Черноморского побережья перебрасывался на реку Кубань в район Армавира. Кроме того, Буденный доложил в Ставку о том, что с целью лучшего управления войсками он создал две оперативные группы: Донская в составе 51, 37 и 12-й армий под командованием генерал-лейтенанта Р. Я. Малиновского и Приморская в составе 18, 56 и 47-й армий, 1-го отдельного стрелкового и 17-го казачьего кавалерийского корпусов под командованием генерал-полковника Я. Т. Черевиченко. «Ваша задача, — сказал Буденный Малиновскому, — прикрыть Ставропольское направление, а ваша, — взглянул маршал на генерал-полковника Черевиченко, — прикрыть Краснодарское направление и Таманский полуостров. Прошу помнить о приказе Верховного Главнокомандующего — ни шагу назад без приказа высшего командования!»

И снова Буденный — на переднем крае, где шли ожесточенные бои. Для него оборона Кавказа была жизненно важным делом, и он старался сделать все, чтобы ослабить натиск немецко-фашистских войск, задержать их продвижение, как этого и требовала Ставка. Он чувствовал — от действий его, командующего фронтом, зависело многое, и старался предвидеть замысел врага, чтобы потом упредить его ударом своих войск. Сопротивление советских войск на Кавказе, несмотря на их малочисленность и утомленность, непрерывно возрастало.

Будучи командующим Северо-Кавказским фронтом, маршал Буденный глубоко вникал в вопросы обороны Северного Кавказа. Этот край он хорошо знал: в годы гражданской войны Первая Конная армия успешно громила войска Деникина. С маршалом Буденным не раз советовался Верховный Главнокомандующий. Так было и в июле 1942 года, когда наши войска оставили город Ростов и на Нижнем Дону началась оборонительная операция войск Южного и Северо-Кавказского фронтов. Враг здесь обладал превосходством над советскими войсками в танках и авиации. Верховный Главнокомандующий потребовал от Генштаба доложить свое мнение о том, где и как, по его мнению, следует строить оборону Кавказа. Мы в Оперативном управлении, вспоминал генерал армии С. М. Штеменко, рассчитали все и, взвесив, пришли к выводу, что с танками противника в кубанских степях бороться будет трудно, тем более что на Северном Кавказе у нас имелось много конницы и мало противотанковых средств, а подходящих естественных рубежей для организации обороны поблизости не было. Поэтому строить оборону следовало по реке Терек и предгорьям Кавказского хребта.