Читаем Буденный полностью

13 мая обстановка еще более обострилась: противник прорвал позиции на центральном участке Турецкого вала. На другой день немцы ворвались на окраины Керчи. В создавшейся обстановке маршал Буденный с разрешения Ставки дал распоряжение об эвакуации войск Крымского фронта с Керченского полуострова. А 15 мая немцы заняли Керчь. После девяти месяцев осады город Севастополь 4 июля также был оставлен нашими войсками. Становился очевидным замысел врага: приступая к выполнению плана «Эдельвейс» — операция по захвату Кавказа, — гитлеровское командование ставило цель вначале окружить и уничтожить советские войска между реками Дон и Кубань, а после этого одной группой направить свой главный удар на районы Новороссийска и Туапсе и, развивая свое наступление вдоль побережья Черного моря, выйти в Закавказье, а другой группой занять Грозный, Махачкалу и Баку. Затем часть сил двинуть в наступление через перевалы Главного Кавказского хребта на Тбилиси, Кутаиси и Сухуми. Перед маршалом Буденным стояла нелегкая задача — остановить всю эту громаду фашистских войск, не дать ей продвинуться в глубь Кавказа. Находясь в штабе, он бросил взгляд на оперативную карту. От устья Дона по восточному берегу Азовского моря, Керченского пролива и по берегу Черного моря до Лазаревской его войска занимали оборону; они имели в своем составе 47-ю армию, ослабленную в боях на Керченском полуострове, 1-й отдельный стрелковый и 17-й казачий кавалерийский корпуса и 5-ю воздушную армию. От Лазаревской до Батуми вдоль побережья Черного моря были развернуты войска Закавказского фронта под командованием генерала армии И. В. Тюленева.

Буденному доложили, что из Севастополя прибыл лидер «Ташкент». Фашистские самолеты преследовали его вею дорогу. Отважные моряки сумели сохранить корабль, благополучно привели его в Новороссийск. Из Севастополя «Ташкент» вывез свыше двух тысяч раненых бойцов.

— Кто особо отличился? — спросил Буденный адмирала И. С. Исакова.

— Все, товарищ маршал, — ответил адмирал. — От командира лидера Ерошенко до рядового матроса. Экипаж перенес неслыханные трудности. От взрыва бомб корабль лишился управления, но люди выдержали поединок.

— Если отличился весь экипаж, — сказал Буденный, — то всех и представим к наградам. И корабль наградить. Я сам побываю у моряков.

29 июня Буденный приехал в Новороссийск. «Ташкент» в то время стоял у Элеваторной пристани. Маршала сопровождали дивизионный комиссар И. И. Азаров, командующий эскадрой кораблей Черноморского флота контр-адмирал Л. А. Владимирский и писатель Евгений Петров. О том, как прошла встреча экипажа с маршалом Буденным, рассказал бывший командир лидера контр-адмирал В. Н. Ерошенко: «Мы только вернулись с моря. Борта во многих местах имели пробоины. Пахло гарью и дымом. Личный состав стоял в строю. И, как это сразу почувствовалось, Буденный меньше всего рассчитывал на парадные церемонии. Поздоровавшись у трапа со мною и батальонным комиссаром Коноваловым, Семен Михайлович осмотрелся и, сделав широкий жест рукой, сказал: «Станьте-ка покучнее, товарищи моряки. Строй нам сейчас не нужен. А мне куда-нибудь повыше забраться». Маршал ловко поднялся на плоский купол зенитной баш— ни, отсюда он и говорил с «ташкентцами». Говорил просто, сердечно, будто беседовал с друзьями. Рассказал о положении на фронте, о том, что на юге оно сейчас весьма тяжелое — враг продолжает наступать. Но наша армия сражается геройски, отпор врагу нарастает. «Я приехал сюда, чтобы поздравить вас с благополучным завершением последнего героического похода. Мы все делали, чтобы поддержать Севастополь, и ваш корабль — один из тех, которые помогли Севастополю особенно значительно. За это вам, морякам, великое спасибо. Я давно слышал о вашем корабле, слышал и о том, что командир у вас кубанский казак…» Тут Буденный задорно мне подмигнул, а я подумал, что в казаки меня, должно быть, произвел писатель Евгений Петров, который по пути из Краснодара сообщил Семену Михайловичу, что родом я с Кубани».

«Рад, что довелось с вами встретиться, — продолжал Буденный, — увидеть вас здоровыми, веселыми. Я знал в гражданскую войну немало героев и героических дел, и мне приятно было сегодня узнать, что вы — моряки-черноморцы — проявили массовый героизм. Такими бойцами, как вы, может гордиться и вся наша армия. Считаю, что весь экипаж «Ташкента» заслужил правительственные награды. А перед наркомом буду ходатайствовать о присвоении кораблю гвардейского звания. «Ташкент» его достоин!» Грянуло «ура!». Такой оценки наших походов мы и не ожидали. Все понимали: раз главнокомандующий фронтом так сказал о наградах экипажу, то это вопрос решенный. А на Черноморском флоте летом сорок второго года еще не было такого корабля, где имел бы правительственные награды весь личный состав…»

Позже, как и обещал главнокомандующий фронтом, награжден был весь личный состав. В. Н. Ерошенко и комиссар корабля — орденами Ленина.